Книга 12 табуреток. Непридуманные истории о тех, кто не погашает кредиты, страница 65 – Йана Бориз

– Конечно. Молоко, сметану, творог продаём, сыр домашний, айран, – начал перечисление Муса.

– Может быть, у вас и огород имеется? – продолжал задавать наводящие вопросы наш коллега.

– Да, огород 20 соток, за домом у меня ничья земля 60 соток. Мы там сажаем малину и помидоры-огурцы для засолки.

– Кто этим занимается?

– Жена моя занимается, – проинформировал немногословный турок.

Кредитный менеджер довольно покачал головой: хорошо же у него жена время проводит, ни капельки не работает, только ухаживает за кучей скота и бесконечными огородами. А так – вообще лентяйка-домоседка.

Менеджер обрисовал картину преуспевающего домохозяйства, которое позволяло безбедно жить семье, и включил в перспективу доходы, которые будет приносит сам рефрижератор. Картинка получилась весёленькая, учитывая, что у Мусы имелся в качестве рекомендателя наш проверенный клиент.

Поскольку рыночная стоимость голубой мечты составляла 40 000 американских президентов, наша организация могла предоставить заём только в размере 20 000. В качестве первоначального взноса Муса предоставил добротный родительский дом, который унаследовал по исламским традициям как младший сын – хранитель очага. Дом был немаленький, но старый и построен по-деревенски, поэтому наши сотрудники начали демонстративно строить кислые гримасы, и в итоге этих акробатических номеров получили в обеспечение не только дом, но и 7 га крестьянских хозяйств, также доставшихся Мусе в наследство от развалившегося колхоза, плюс какую-то сельхозтехнику прихватили просто на всякий случай. Залог был неплохой: машина + дом + фермерские угодья. Но и сумма была для турка немаленькой. Коричневый от загара мечтатель успокаивал нас, уверяя, что его рефрижератор не будет знать простоя. А если своих товаров не окажется под рукой, то коллеги-фермеры всегда подкинут работёнки.

Романтичные позывы всегда рождают отклик в неочерствевших сердцах. Так и наши органы чувств, наполненные весенним трепетом пробуждающейся природы, живо откликнулись на грубоватую исповедь простака-мечтателя. В общем, кредитный комитет одобрил и этот заём, деньги были выданы, и рефрижератор обрёл своего нового хозяина.

Работа кипела, в кассе постоянно толкались спешившие куда-то заёмщики, никто не хотел зайти на чашку кофе, поболтать о пустяках, только конвейер приходников и расходников, чеки и стук купюросчётной машинки. Одна отрада – Богдан. Если он пожалует в офис, то подробное жизнеописание деревенских будней, увлекательные бытовые казусы и анекдоты обеспечены до конца недели. Это если его хитрейшество изволит нас посетить в среду. А если в понедельник – то с четверга опять заскучаем.

Привёл было с собой наш турецкий друг ещё парочку своих знакомых, но кредитный комитет решил, что в отдельно взятой деревне и секторе экономике риски уже стали достаточно высокими и не принял в работу новые гектары крестьянских хозяйств и любовно окученные делянки огородов. И так в залоге было столько земли, что впору свой колхоз создавать. Кстати, какой-то трактор и грузовичок мы тоже приняли в дополнительное обеспечение то ли у Алексея, то ли у Давида, так что наш колхоз без техники не стал бы куковать.

Как-то в июне приехал огромный Алексей на маленьком пикапе и привёз нам пять ящиков душистой клубники прямо с поля. Это было маленьким незапланированным праздником. Приятно, когда о нас помнят и труд наш ценят.