Книга Игра перспектив/ы, страница 91 – Лоран Бине

Флоренция, 21 июля 1557

Мессер Джорджо, мне не хватит слов, чтобы выразить признательность вам и мессеру Винченцо за оказанную честь – участвовать в работах в палаццо Веккьо, – как и передать свою гордость, попав в число помощников блистательного Вазари. Я долго не решался вам написать, поскольку не хотел нарушать ваш покой, тем более что наслышан о том, как редко изволите вы отдыхать от многочисленных обязанностей и поручений, а кроме того, я осознаю, что не очень-то хорошо обвинять собрата по цеху, тем более столь уважаемого, однако еще постыднее было бы для меня знать то, о чем мне стало известно (совершенно случайно), и не сообщить об этом вам.

Наведавшись в мастерскую мессера Бенвенуто Челлини, вы обнаружите там одну картину, глубоко оскорбительную для дочери герцога и порочащую честь прославленного семейства Медичи.

Позвольте не сообщать, откуда у меня эти сведения: не хочу никого ставить в щекотливое положение сверх необходимого. В любом случае прошу считать мою болтливость еще одним залогом моей преданности.

Фонтенбло, 24 июля 1557

Браво, мессер Бенвенуто. Отчего в моей армии не так много людей вашего склада, у которых отвага столь блестяще сочетается с находчивостью? Одно ваше слово, и я произведу вас в капитаны, да что там – в генералы! Ей-богу, с вами мы уже сегодня были бы в Неаполе. А вместо этого французская армия должна защищать Шампань от нападений испанцев со стороны Брюсселя. Но ничего, мы спасены! Павел IV отлучил от Церкви короля Филиппа, которому, впрочем, на это плевать с высокой колокольни. Вот я и говорю: нам бы побольше Челлини и меньше таких, как Карафа. Сам же я возвращаюсь в Рим с мешками экю, которые пойдут на следующую Итальянскую войну.

Из ваших объяснений я понял, что покинуть город с картиной, о существовании которой никому не известно, не представляет труда – так привезите же ее в Болонью, пожалуйста. Там будет ждать наш посланец, который доставит вещь прямиком в Венецию, где наши люди должным образом позаботятся о ее известности и сделают так, чтобы она предстала надлежащему кругу зрителей. Но памфлетом себя не утруждайте. Мы предпочли бы освободить вас от необходимости его сочинения: я знаю одного человека, он из круга Аретино и прекрасно справится с этой работой. Вам он, возможно, тоже знаком, это Лодовико Дольче, весьма разносторонний автор, они дружили, он только что выпустил небольшой трактат о живописи в форме диалога, я вам его переслал, скоро получите.

Ареццо, 25 июля 1557

Винченцо, я получил от Нальдини письмо, пересылаю тебе копию. Не знаю толком, принимать ли его во внимание и как действовать. Надо ли вообще отвечать? Как по-твоему, не придумывает ли этот юноша заговоры из желания нам понравиться и заручиться нашим добрым расположением? Но даже если он говорит правду, не будем же мы вновь отправлять барджелло с обысками в мастерские живописцев, иначе встретимся с такими протестами, что против нас сплотятся все. Давай поступим так: попроси его, пожалуйста, чтобы смотрел в оба, и подыщи одного-двух гвардейцев проследить за Челлини – только незаметно. Я предупрежу о своем возвращении, но, даст Бог, не так уж скоро, поскольку намерен воспользоваться отдыхом, который заслужил, и не метаться постоянно между Ареццо и Флоренцией.