Книга След у черной воды, страница 100 – Андрей Посняков

— Да. Все тебе и расскажет. С утра обещался быть. Эх! «Опять от меня сбежала последняя электричка…»

Радость Щербакина можно было понять: убийца Галанина найден — Федор Курицын! Громкое дело раскрыто. А то, что Курицын сам потом по пьяни погиб, так это бывает.

Владимир Андреевич, однако же, не считал, что все так уж просто. Еще не установлены ни мотив, ни обстоятельства гибели Курицына. Кстати, как он умудрился подбросить финку в гараж Бобрикова? И зачем? Подозрения от себя отводил? Но тогдамог подкинуть и зажигалку, и портсигар — уж до кучи-то! Почему так не сделал? Не додумался? Или вещи пожалел? Теперь уж не спросишь… И желтый «Москвич», выходит, не при делах. Раз уж почти все ясно… Тогда Панталыкина крутить зачем? Ладно, послушаем, чего там участковый нарыл.

Участковый — тот самый, уже знакомый Алтуфьеву, чернявый лейтенант — уже сидел на скамеечке у дверей кабинета. Как его… Сорокин! Василий, кажется… Да-да — Василий.

— Здравствуйте, Василий! — Подойдя, следователь протянул руку. — Заходите, рассказывайте.

— Да особо-то рассказывать нечего. — Участковый присел на стул. — Тип, конечно, подозрительный. Но по линии ОБХСС! Желтый «Москвич» — его. Четыреста двенадцатый, два года назад купил. Кстати, через Бобрикова! И, конечно, без очереди… И как только люди такие деньги скапливают? Хотя да — стеклотара. Золотое дно! Такого же цвета «Москвич», кстати, видели в Биричеве — деревня такая есть в районе.

— Знаю, — Владимир Андреевич покивал и задумался.

Нужен ли теперь желтый «Москвич»? А пожалуй, нужен. Слишком уж тут все как-то просто выходит. Курицын убил Галанина, спихнул на Бобрикова. Может, видел, как они с Галаниным ругались… Но как он проник в гараж? Гражданка Ревкина что-то его среди своих знакомых не называла. Так она и Злочникова не назвала! А у того, кстати, тоже желтый «Москвич»… Да черт-то с ними, с «Москвичами» этими! Хотя…

— Подруга его, Ревкина, тоже особа еще та, — между тем напомнил Сорокин. — Ну, я приводил же… Может, ее тщательнее проверить?

— Ревкину?

Владимир Андреевич хмыкнул: участковый словно бы подслушал его мысли.

— А что? Пожалуй, надо. Только так, чтоб не спугнуть.

— Сделаем, товарищ следователь! — встав, усмехнулся Василий. — Проверим. И не спугнем!

* * *

Пенкин приехал в Озерск на черной служебной «Волге», заодно прихватив и жену — навестить родителей. Яну высадил на Школьной, затем автомобиль развернулся и поехал в отделение.

Родители Яны там, на Школьной, и жили, в деревянном леспромхозовском доме, двухэтажном, на четыре семьи. Домов таких там стояло множество — целая улица. Сложенные из добротных бревен и обшитые досками, они были выкрашены в разные цвета: светло-голубой, травянисто-зеленый, бордовый — и смотрелись очень даже неплохо. Правда,удобств в них особых не было, зато в каждой квартире — отдельный коридор с уборной, еще и веранда, а прямо напротив дома — огородики с парниками, картошкой и прочей зеленью. Сразу за домом начинался лес: ели, сосны, осины… В лесу росли грибы, брусника, черника и прочие ягоды — далеко ходить не надо.

Сергей прикрыл глаза, вспоминая, как впервые оказался в гостях у Яны. Влез тогда в окно! Чтоб никто не видел — Яна стеснялась и всерьез побаивалась родителей.

Вспомнился сервант, просторная комната с застланным домоткаными половиками полом, круглый стол, стулья… Как сидели там, пили вино, смотрели новенький «Рекорд–67», слушали радиолу. Солидная такая — старая, квадратная, тяжеленная. Называлась «Мир».