Онлайн книга «След у черной воды»
|
— Ну, теперь ты давай! — Сейчас… расческу где-то потеряла. — Да черт с ней, с расческой! Женечка уже листала журнал… Так, вот и записи за двадцать девятое мая… Демьянов, Комельченко… Узваров, Бычков, Лебедев… А, вот он, Валиков! То, что надо! — Эй, ты не уснула там? — Платье переодеваю! Ливень закончился так же быстро, как и начался. Ветер разнес тучи, в небо выкатилось чистое умытое солнышко! Засверкало как ни в чем не бывало, отразилось в воде. — Ну что, ребята-девчата? В буфет? — предложил кудрявый Игорек из сброчного. — Там и обсохнем. А, практиканточка? — У меня, между прочим, имя есть! — Да я помню — Евгения! Ну, ты это… извини… — А вы что же, так еще и не уехали? — улыбнулась Женька. — Так дождь! Куда делся Анатоль, Колесникова так сразу и не заметила. Болтала, болтала с заводскими, оп — а нового знакомца уж нет! Куда делся — непонятно. И странно: приставал, приставал — и смотался? Даже не попрощался… Вот же парни пошли! Признаться, Женечка думала, что отбиться от юного ловеласа будет довольно трудно. Однако чтоб вот так — никак… Честно сказать, было немного обидно. С другой стороны, теперь никто не мешал продолжать поиски. Пришла пора навестить буфетчика Аскольда, тем более что он и сам звал заходить. — «Хмуриться не надо, Ла-да… — на прощанье доносилось из репродуктора. — Ла-да!» На мокром асфальте блестело солнце. Весело переговариваясь, народ грузился в автобусы, на этот раз подали круглоглазый «львовец» пижамной расцветки — бордовый, с белыми полосами. Кто-то из заводчан уезжал и на своем личном транспорте, в основном на мотоциклах: «Минск», «Восход»… У кого посолидней — «Иж», «Иж-Планета», «Иж-Юпитер»… даже была венгерская «Паннония Т5», красивая, с коляской в виде ракеты. Ну и автомашины, да… Бежевая «Победа», 402-е и 407-е «Москвичи», старенькие, но красивые, правда, с проблемным обслуживанием. И новый, 408-й, правда, еще с вертикальными задними фонарями. Прощаясь,Женька помахала рукой: — Пока, парни! — Увидимся еще, практиканточка! — дружно отозвалась команда потрепанного «Иж-Юпитера»… Завелись… Поехали, покатили целой автоколонной. Репродуктор плевался им вслед разухабистой забугорной «Шизгарой», быстро покорявшей все танцплощадки СССР. Кто исполнял эту песню, о чем она, как называлась — не знал, не ведал практически никто! Пластинки мало кто видел… Просто переписывали друг у друга с магнитофона на магнитофон да дружно выкрикивали припев: — Шизгара! Хотя по-английски это звучало не совсем так, да какая была разница? Главное, песня забойная! Она же звучала и в буфете… Да, собственно, оттуда, с бобинного магнитофона «Астра», и шел сигнал к репродуктору. Пританцовывая, Аскольд деловито протирал бокалы чистой салфеткой с мелким ворсом. — Привет! Вот, решила заглянуть… — О, Женя! — Обернувшись, буфетчик прикрутил звук и расплылся в улыбке. — Честно — не особо и ждал. — Вина? У нас хорошее осталось, венгерское — «Токай»! — Не, я за рулем, — наотрез отказалась девушка. — Хороший у вас бобинник! — А то! — расставляя бокалы, ухмыльнулся Аскольд. — «Астра–4», Ленинградский завод. Две скорости! Между прочим, около двухсот рублей стоит. — Да знаю… Женечка вздохнула: тема для нее была больная. Да, современную музыку она очень любила. Интересовалась, покупала журналы, пластинки… Но приобретение магнитофона было для обычной студентки задачей непосильной. Самый дешевый, «Романтик», стоил сто шестьдесят рублей — сумма неподъемная! А просить у родителей Колесникова не стала бы ни за что — и так вон мотороллер три года назад подарили. Пусть старенький и задешево куплен, но это все же мотороллер, а не какой-нибудь там магнитофон! |