Онлайн книга «След у черной воды»
|
— Не удочка у него была — спиннинг. С воблером. Такая красивая большая блесна — блестящая, синяя… — Чего ж он в кусты ломанулся? Может, позвал кто? — Да там у него машина стояла. Желтая, яркая… Марку я не разобрал — уже проплыли. — А-а-а… А больше никого там рядом не встречали? — Еще мальчишки на лодке катались. — Геннадий почесал подбородок. — Лет по десять, наверное. И лодка такая старая… Один греб какой-то доской, что ли, а второй воду консервной банкой вычерпывал. Я еще крикнул, предупредил, чтоб не утонули. А они: «Не утонем, дяденька!» Старая дырявая лодка. Доска вместо весла. И мальчишки в трусах. Х-ха! Так где-то они одежку-то должны бы оставить. Лодку украли… ну, взяли покататься там же, у старых мостков. Где и тот, на желтой машине… А ребята, раз лодку увели, должны были осторожничать… От мужика того спрятались! И могли его разглядеть. И-и… это вообще-то рядом с базой. Домой Женечка явилась лишь к вечеру, усталая, но довольная.Услыхав треск мотороллера, матушка вышла на крыльцо и всплеснула руками: — Господи! Да где ж ты целый день пропадала? — Дела, мама. Дела. — Деловая вся! Иди ужинать — как раз блинчики пеку! Как ты любишь, с капустой и яйцом. За ужином девушка пристала к отцу: — Папа, а вот интересно, «Жигули» в какие цвета будут красить? Александр Федорович пригладил щетинку усов. — Да говорят, в разные! Тут с мужиком одним разговаривал, с завода. Тот так и сказал: во все цвета радуги! — А раньше, что же, не так? Я про легковые… — Раньше… — Забыв про чай, отец задумался: тема показалась ему интересной. — Ну, хоть с «Победы» начать… Там бежевый, серый, синий. Говорят, зеленый даже, но я таких не видел. «Волги» — белые, серые, бежевые, голубые, черные, но такие обычным людям не продадут — только служебные бывают… «Москвичи» старые — серые, голубые. Поновее что — четыреста второй, седьмой, третий — те и двухцветки были. Кремовые, темно-красные, голубые… — А желтые? — Желтых старых не было. Это все новые — четыреста восьмой, четыреста двенадцатый… Вот те — да! А ты что спрашиваешь-то? — Александр Федорович с удивлением посмотрел на дочь. — Так, на будущее, — отмахнулась та. — Может, куплю лет через десять-двадцать… Вот, хотелось бы желтую. — Какой цвет дадут, дочь, такой и купишь! — расхохотался отец. — Очередь ведь из-за такой ерунды пропускать не будешь! Так что бери любой, уж какой попадется. Лишь бы не белый: ржавчина слишком видна. Укрывшись в своей комнате, Женечка откинула крышку старенького проигрывателя «Юбилейный», похожего на чемоданчик. Глянув на полку, вытащила гибкую пластиночку Ободзинского, недавно приобретенную в Тянске. Поставила, приглушив звук… В моем столе лежит давно Под стопкой книг письмо одно… Под музыку лучше думалось. Итак, странный рыбак на желтом «Москвиче». Четыреста двенадцатом или четыреста восьмом… Да! Желтый «Москвич»! Что-то знакомое… Ну так ведь! Там, у проходной, недавно… С ребятами ждали автобуса. Мужик еще подкатил на «Москвиче», на желтом! Кажется, как раз четыреста восьмой или двенадцатый — не важно. Важно, что желтый! Водитель лысоватый такой, старый, лет сорока, уверенный… Какой-то начальник, завцеха,что ли. Не вспомнить теперь, но парни его знают. Так что найдем! Найдем… А что дальше — уже будем думать… Думать… Подожди, подожди, я спрошу! |