Онлайн книга «Загадка двух жертв»
|
– Так я изначально… – Ну вот! Еще один антисоветчик… Кстати, Игнат, теперь проверку ждите. И эту еще… «практическую помощь»… – Да понимаю, что спокойно работать не дадут, – с досадой отозвался Ревякин. – Понашлют «крючков»… Отчеты всякие писать заставят. – Тут и хорошая сторона есть. – Владимир Андреевич хлопнул себя по карманам. – Черт! Курево в пиджаке оставил… – У меня «Друг», – вытащил пачку Игнат. – Ну, давай твою «собачку», покурим… На песчаный пляж тихонько накатывались волны. Где-то не так далеко, за мысом, слышался перебор гитары и негромкая душевная песня… Хочешь, я пойду с тобой Ря-адом И с ума тебя сведу Взгля-адом… – А что за хорошая сторона? – Ревякин выпустил дым и поежился. – Я про проверку… – Под это дело можете кинолога ставку выбить, – пояснил зампрокурора. – И собаку. – О, это было бы хорошо! – оживился Игнат. Алтуфьев щелчком сбил пепел: – Ты флажок-то что держишь? Может, дети оставили? – Может, и дети… А может, кто другой… – глядя на труп, задумчиво протянул Ревякин. – Это стартовый флажок, Володя. Или финишный… У нас тут лагерь спортивный… А местечко это не такое уж и людное. Вообще сюда мало кто ходит. Во-первых, далеко, а во-вторых, водичка не очень. Холодно! Ключей полно, да и ракушки под ногами попадаются. – Говорите, девчонки какие-то труп нашли? – наконец спросил Пенкин. – Да. И не какие-то, а как раз из спортивного лагеря. – Максим покивал. – Мы их отпустили уже – поздно. Утром в отделение явятся. К восьми часам. – Это хорошо! – Алтуфьев азартно потер руки и вдруг двинул коллегу локтем. – Ну что, Сергей? Вижу, придется заночевать! Надеюсь, места в Доме колхозника есть… – Ха! Дом колхозника! – хмыкнув, махнул рукой Игнат. – Давайте-ка по старой памяти – к моей тетушке. – К тете Глафире, значит? А ничего, что ночью? – Ничего. Она долго не спит… Рада будет. Рядом, за кустами, послышались чьи-то громкие голоса, а чуть погодя на пляж вышли трое – практикантка Женя Колесникова и с ней еще двое здоровенных парняг, похоже что выпивших. Не парни – шкафы! Женька на их фоне вообще смотрелась Дюймовочкой. – Так я этому гаденышу – в жало! Хабах! – продолжал рассказывать один из парней. – А он ругается! Зачэм, почэму? Да низачэм! Деревенский говор жители Озерска определяли с ходу и даже могли сказать, откуда человек родом. Если тянул фразы и в конце вставлял почти обязательно «да-ак», ясно – из чухарей, как в просторечии прозывали местных финно-угров – вепсов. Север или восток – Лерничи, Рябой Порог и прочее… А вот если произносили твердое «ч» – зачэм, почэму – это с юга. С местного, конечно, юга – бывшего Озерского района. Пильтено, Валуя – как-то так… – Вот, – подойдя ближе, Колесникова кивнула на парней. – Это Коля с Лешей. Сказали, что всех девок опознать смогут! Ой… здравствуйте! – Не всех, а только которые… ух-х! – ухмыльнулся Леша. – Верно, Колян? – Угу-у… – Из Пильтена, парни? – Ревякин пристально посмотрел на парняг – от обоих явно попахивало спиртным. Не то чтоб перегар на гектар, но все же… – Валуйские мы… А чэво? – Говорите, можете опознать… – Дак вы девку-то приведите! Коли красивая, дак мы враз! Верно, Колян? – Угу-у! – Я не сказала, что труп опознавать надо, – потупилась Женька. – А они не врут. Училище недавно окончили – всех местных девчонок знают, кто в клуб на танцы ходит. |