Онлайн книга «Тайна старой усадьбы»
|
* * * Прежде чем явиться в прокуратуру, Алтуфьев заскочил по пути в магазин, купил шоколадку, которую и презентовал новой секретарше шефа Ниночке, голубоглазому созданию с яркими пергидролевыми волосами и ногами, начинающимися прямо «от ушей». – У себя? – У себя, у себя, Владимир Андреевич… – Кокетливо улыбнувшись, Ниночка спрятала шоколадку в ящик и заговорщически понизила голос: – Пенкина сейчас выгнал. За то, что на работу в цветастой рубашке пришел! Домой отправил переодеваться. – Ого! А я-то как знал! – Алтуфьев одернул форменный однобортный пиджак с большими «майорскими» звездочками на серебристых петлицах. – Всегда так ходите! – улыбнулась секретарша. – Вам, Владимир Андреевич, форма очень-очень идет! – Да что вы! – Ну да! Форма всем мужчинам идет. Ну, разве что кроме Пенкина… Слишком уж он худой. Коллега и напарник Алтуфьева по кабинету Сергей Петрович Пенкин (просто Сергей или Сережа) пришел в прокуратуру недавно после юрфака и, как заметил начальник, «требовал особой опеки». – Ладно, сейчас доложу… Ниночка одернула юбку и, подойдя к двери, аккуратненько постучала: – Сергей Афанасьевич, к вам Алтуфьев… Ага, ага… – обернувшись, махнула рукой: – Заходите. Ждет! – Здравия желаю, товарищ советник юстиции! – официально приветствовал начальство Владимир Андреевич. Шеф – грузный пожилой мужчина с обширной лысиной – сидел за столом почти по-домашнему: в белой рубашке с расстегнутым воротом, форменный пиджак висел на спинке стула. Точно такой же, как у Алтуфьева: двубортный, синего сукна, с серебряными петлицами. Только звездочек в каждой петлице было по две. – Ух и жарища! – Вытерев шею большим носовым платком, прокурор указал на стул: – Садись, Володя, в ногах-то правды нет. Дело привез? – Здесь, в портфеле… – Давай! По тому, как человек пролистывает уголовное дело – даже еще толком не сшитое, – любому следователю сразу же становится ясно – профессионал он или нет. Присланный «левый» «крючок»-проверяющий обычно начинает с самого начала – с самым глубокомысленным видом внимательно прочитывает материал предварительной проверки, застревая в нечитаемых почерках инспекторов уголовного розыска и участковых и пытаясь разобраться в куче не имеющих юридической силы «объяснений». Матерый волк Сергей Афанасьевич Тенякин, при всех его недостатках, был настоящий профессионалом… – Ну, давай с нового начнем. С женщин… Протокол осмотра где? А, вот вижу… Почему инспектор составлял? – Так он и обнаружил. – Ясно… ага, ага… Что экспертиза? – Сегодня же загляну в бюро. Потороплю! – Вот-вот, поторопи. Сам-то что думаешь? – Думаю, спонтанное убийство, товарищ советник… – Да брось ты этот чертов официоз! – Тенякин досадливо скривился и махнул рукой. – Подозреваемые имеются? – Жду, когда вторая потерпевшая придет в себя. – Ну, правильно, конечно… Но этак до морковкина заговенья ждать можно! А у нас – сроки! Почмокав губами, Сергей Афанасьевич неодобрительно посмотрел на подчиненного и продолжил, все больше хмурясь: – А по тому, первому делу? В суд отправишь когда? У тебя же, сколько помню, и подозреваемые имелись? Почему до сих пор обвинение не предъявил? Чего волокитишь? Понимаю, конечно, Озерск – это же деревня. Охота, рыбалка… Но ведь и работать надо, Владимир Андреевич! – Вот я как раз насчет подозреваемого, – наконец вставил слово Алтуфьев. – Мне бы, Сергей Афанасьевич, санкцию на арест. И – в розыск. |