Книга Тайна старой усадьбы, страница 87 – Андрей Посняков

– То есть не «Ковровец», не мопед?

– Говорю же – тяжелый! Мощный такой мотоцикл, да. Они это – обычно с коляской. Как у дяди Тоомаса.

– И значит, мотоцикл этот останавливался…

– Да-да, – закивала девчонка. – Не рядом, но так это где-то недалеко. Заглох. Потом – дрын-дрын – завелся, уехал. А потом, через минуту примерно, крик, ругань, звон! Я в окно выглянула, а там этот, длинный. «Дылда» – так наш сторож сказал. Он его и утихомирил.

– Вот сторожа мне и пришлите! Скажите, чтобы зашел.

– Никак не возможно! – Лиина неожиданно расхохоталась. – Он так это – пьян. Ну, как по-русски? В запой, вот как! Второй день уже. Профессор ругается.

Отпустив Лиину, Алтуфьев решил вызвать кружковода. Выписал повестку на завтра и попросил ребят отвезти. Однако Резников явился уже вечером. Постучал осторожненько.

– Можно? – И тут же отрекомендовался: – Резников Анатолий Иванович, из Дома пионеров. У меня повестка на завтра. Во, только что завезли. Но завтра я – здрасте-пожалте – планировал в Тянск по важному делу…

Показывать свою власть следователь не стал, улыбнулся и кивнул на стул:

– Ну, что ж, Анатолий Иванович. Очень хорошо, что зашли.

Кружковод произвел на Алтуфьева весьма благоприятное впечатление: немногословен, но и не молчун, к тому же эрудирован и с чувством юмора. Этакий приличный молодой человек из общества. Да-да, вот именно – из того общества, где ценят выдержку и умеют себя показать. Наверное, и Резников сейчас показывал. И показал – один ноль в его пользу.

– Дмитрий Евсюков? Здрасте-пожалте! Да, знаю такого. Оказывается, рыбак. А я тоже природу люблю, знаете ли. Да и живем мы рядом. Нет, раньше знакомы не были. На танцах? – Анатолий Иваныч прищурился и запрокинул голову – вспоминал: – Ах, ну да. Был он там, да. Пьяный до безобразия. Не зря его Дылдой прозвали. Вязался ли к девушкам? Да черт его… Я ведь, знаете, особо много не танцевал. Больше с Сергеем, заведующим, общался – он мне старый магнитофон отдать обещал. Ну, списанный, нерабочий. Знаете, такой, портативный – «Комета», в виде чемоданчика. Переносной – четырнадцать килограмм всего. Очень, знаете ли, удобно.

– Музыку любите? – оторвавшись от пишущей машинки, поинтересовался следователь.

Кружковод скромно потупился:

– Ну, так… «Битлз», например. Их сейчас все слушают.

– «Жучки-ударники»? – улыбнулся Владимир Андреевич. – Как же, как же, знаем. А что, вы сами собирались магнитофон чинить?

Вот спроси прямо сейчас – Алтуфьев и не ответил бы, с чего это он вдруг прицепился к магнитофону. Просто – раз уж зашел разговор? Скорее всего, так… да не совсем. Как опытный следователь, Владимир Андреевич хорошо знал – лишних сведений не бывает. И еще знал, что каждую крупицу информации, даже выглядевшую на все сто процентов достоверной, все равно надобно перепроверять. Как у историков, событие, описанное только в одной летописи, еще не факт! Еще хорошо бы, чтобы это событие упомянули соседи, а лучше – враги. И подкрепить археологическими данными было бы неплохо.

– Ну, что вы – сам! Здрасте-пожалте! – развел руками Резников. – Я в этом деле профан. Вот хотел через Евсюкова найти кого-нибудь. Он же многих знает. А в радиотехнике здесь кто-то понимать должен – в Доме пионеров радиокружок когда-то был.

Допечатав предложение, Владимир Андреевич перешел, так сказать, от прелюдии к главной теме – к бусам.