Книга Фальшивая жизнь, страница 57 – Андрей Посняков

А вот что касаемо аттестованных сотрудников – следователей или помощников прокурора, – то им бы развод так просто с рук не сошел! Получили бы нагоняй по партийной линии, а потом и по служебной. Как лет пять назад получил Алтуфьев, когда еще работал в Нарве. Развелся тогда с женой – оба виноваты… Да без памяти влюбился в коллегу – Марту, тоже разведенную, с маленькой дочкой. Узнали. И пошло-поехало! Шептались за глаза по всем углам – обсуждали… Притормозили за «аморалку» кандидатский партстаж, вынудили уволиться, уехать… Марта оказалась в Таллине – следователем в обычном отделении МООП, Владимир – в Тянске… И все же для любви преград не оказалось! Алтуфьев и Марта встречались, ездили другу к другу в гости и вот, наконец, в прошлом году расписались официально, выбив козырь из рук недоброжелателей и завистников. Чужому счастью – как и успеху – завидуют всегда. Некоторые просто не умеют иначе жить – живут чужой жизнью, завистью, желчью и злобой! Вместо того чтобы заниматься собой, пишут подметные письма, доносы… К большому сожалению, есть такие люди, есть. Хоть и немного, но они очень активны – Алтуфьев убедился в этом еще в Нарве.

– Звали, Владимир Андреевич? – в кабинет заглянул худосочный молодой человек лет двадцати пяти, со светлой челочкой и настырным взглядом.

Сергей Петрович, или просто Сережа, – молодой следователь, недавно получивший классный чин юриста третьего класса или, по-армейски говоря, – лейтенанта, только на погоне в петлице обе звездочки вдоль, а не поперек. Впрочем, сейчас на юристе третьего класса никаких звездочек не было, как и формы вообще, а была белая пижонская рубашечка и диковинные брезентовые штаны – синие и линялые, – называемые «джины» или «джинсы». Штаны такие начали потихоньку просачиваться в Союз после Московского фестиваля молодежи и студентов 1957 года. Нынче же за рубежом начинался самый настоящий бум, и джинсы там были разные – не обязательно синие, но и зеленые, красные, желтые. Так сказала Ниночка, а уж она-то в моде толк знала.

– Звал, звал, Сережа, садись. – Алтуфьев указал на стул. – Догадываешься, какой сегодня был разговор?

– Думаю, ничего хорошего. – Вздохнув, Сергей тряхнул челкой и хитро прищурился. – Небось, за те грабежи с убийствами трепали? Ну, так там глухо все… Я имею в виду прошлогодние… А по новым – работаем. Ну, по складу…

– Я понял, – сухо кивнул и. о. прокурора. – Давай, докладывай, что там да как… Или за «делом» сходишь? Извини, сразу не предупредил.

– Да могу и так. – Сергей пожал плечами. – Дело-то живое… Значит, девятого мая из торгового склада, расположенного у реки, в промзоне, путем проникновения неустановленные лица похитили ценные товары на сумму около шести тысяч. А именно: комплекты женского белья, польские, артикулом номер… в количестве ста двадцати штук, ценой… ну, там разная – от семи пятидесяти до двенадцати рубликов за комплект. Дальше… Купальники женские раздельные производства Германской Демократической Республики, артикулом… ценой – одиннадцать рублей семьдесят копеек. Еще комбинации женские югославские… Тут надо еще учитывать, что около шести тысяч – это только заявленный ущерб по прейскуранту. Товар дефицитный – легко можно раз в пять дороже продать.

– Да уж, – покачал головой Алтуфьев. – Это ж какие деньжищи! Не жалко и сторожа… Оглушили?