Онлайн книга «Фальшивая жизнь»
|
– Ой, Игнат Степанович, я серьезно! – И я серьезно. Оснований для паники нет, – строго промолвил опер. – Ну, конечно, если кто из детей вдруг захочет уехать – тогда организуйте. – Ой, не знаю, что и делать. – Начальница устало вздохнула и совсем по-детски шмыгнула носом. – Не знаю… – Начальству вашему сообщите. – Ой! Точно! – С детьми проведите собрание. Успокойте. Понимаю, что трудно, – покачал головой опер. – Ну, а судьба станции от вашего начальства зависит. И еще от родителей. – Боюсь, не разрешат закрыть. – Анна Сергеевна скорбно поджала губы. – Отрапортовали уже, отчитались… А случится что с детьми – меня виноватой сделают. – Ничего больше не случится! – повысил голос Игнат. – Сейчас тут такая суета начнется! Наша милицейская работа. Дело-то не шуточное – всю округу на ноги поставим. Если и есть рядом злоумышленник – так испугается, затаится… Коли он сейчас вообще здесь, в чем я лично сильно сомневаюсь. – Ох, Игнат Степанович, успокоил. – Вздохнув, начальница неожиданно улыбнулась – красивая и еще достаточно молодая женщина, задерганная работой и этим вот жутким случаем. Кстати, сейчас она забыла пристегнуть шиньон, стояла бледная с распущенными волосами… – Капли какие-нибудь выпейте, – посоветовал милиционер. – Ну, от нервов. Есть? – Да есть. Ой, надо Тае оставить… и Елене Сергеевне – они к ужину с детьми придут, а тут… это! – Да я увезу уже. До мотоцикла с ребятами вон дотащим. – Ой! А мы тут одни… – Дорожкина вам оставлю. Скоро вернется, уж пора бы… Дорожкин вернулся не один – с Гольцовым. Подвез по пути. Узнав про новый труп, озаботился: – Деревенских опросим. Ну, и юннатов этих… – Юннатов – разве что по аспиранту, – негромко предостерег Игнат. – Девчонку еще до них… Валя сказала. – Личность бы установить. – Участковый покачал головой. – По лицу, увы, вряд ли… – Хотя бы по одежде: платье-то вон, нарядное! Такое не на каждый день – на выход надевают. И вон еще, лодочки… А сумки нет! – Забарахолили сумку. И часики, верно, были… – Серег тоже нет – из ушей вырвали. – Ограбление? – Похоже… – Ревякин тихонько рассуждал вслух. – Может, и снасильничать хотел, она вырвалась, догнал и – ножом… Валь! Ты со мной в город? – Конечно. – Докторша повела плечом. – Прямо к Варфоломеичу, в морг, ты же труп повезешь? – Так я о том и… – Ох, Игнат, Игнат, я все-таки врач, не забывай! – Да уж… – И вот еще что… – Подойдя к милиционерам, Валентина оглянулась по сторонам и понизила голос: – Насчет удара… Понимаете, у меня такое впечатление, что погибшую на нож насадили. Слишком четко все! Ну, выскочили, дернули за руку и – на нож. Сразу! Никаких разговоров и прочего… – То есть за ней специально следили, выслеживали… – задумчиво протянул Дорожкин. – В сумочке, верно, деньги были… И серьги ценные, и золотые часы – какая-нибудь плоская «Заря»… А, Игнат? Надо местных шерстить, опрашивать. Того же Гольцова. – Да! – Игнат вскинул голову. – Кстати! Давай-ка его сюда… Взглянув на труп, Гольцов скривился: – Господи… Кто ж ее так? Да тут уж вряд ли… Лицо вон, все черное… Не, не узнать… – А платье? Платье-то приметное! – Начальник! Я на баб, а не на платья ихние смотрю. Про платье вы лучше баб и спрашивайте. – Ладно, свободен… пока… А вот тут он прав, – отпустив Гольцова, задумчиво протянул опер. – Как говорят французы, шерше ля фам. Ищите женщину! |