Книга Фальшивая жизнь, страница 97 – Андрей Посняков

Лишь утром Максим вспомнил о своей цели.

– Вер, а ты такую Лапикову Татьяну знала? Ну, в школе. Культмассовый сектор.

– Конечно! – Хозяйка быстро одевалась. – Все вечера вела. А ты чего спрашиваешь?

– Да просили кое-что передать. Она ведь здесь, в Тянске?

– Здесь, мы даже пересекались как-то. Кажется, в заводской столовой работает. На комбинате… Ты туда – как?

– Да вот, завтра зайду.

– Давай-давай, устраивайся. – Вера застегнула блузку. – Хватит отдыхать. Ой! Чайник! Поди, выкипел. Сейчас принесу.

Притащив с кухни закипевший чайник, девушка заварила чайку.

– Это хороший – грузинский.

– А где Татьяна живет, не знаешь?

– Точно не скажу. Хотя как-то захаживала, – взяв из кулька зефир, задумалась Вера. – В старом городе, по-моему, на Береговой. Бабушка у нее там. Дом такой… старинный, с мезонином, с крыльцом. А дверь и столбики на крыльце – синие.

* * *

– Ну, вот! – Игнат щелкнул замочками портфеля. – Кажется, начинает проясняться. Что так смотришь? Хочешь спросить – не слишком ли просто? Ну, так Силаев ведь не ожидал, что мы будем тут рыться.

– Да мы и не собирались, – задумчиво кивнул Дорожкин. – Просто случай.

– Вот-вот.

Опытные сотрудники прекрасно знали – от случая в розыскном деле часто зависит многое! Правда, чтобы этот вот случай пришел, надо все ноги истоптать и сломать головы… Но это уж дело десятое.

– А карманчик-то рваненький! – Ревякин засунул руку в накладной отсек. – Вон, синее все. Паста! Вот через эту дырку ручка и выпала. А Коньков – молодец! – нашел. На старой просеке, у родника. Что тут еще? Посмотрим. Кошелечек? А нет ничего!

– Кошелечек? Да что уж, Сиплый совсем дурак? Чтобы какие-то личные вещи хранить? – покачав головой, с сомнением изрек участковый. – Их ведь не продашь. Да и портфель-то…

– А что портфель? – Хохотнув, Игнат еще раз потряс находку. – Хоть и старый, а кожа-то вон какая! Сносу нет. И сапоги подтачать, и лодку резиновую – в хозяйстве такая кожа сгодится. Да и не так уж чтоб на глазах портфельчик-то. Могли ведь и не найти – случай.

Понятых нашли быстро – Гольцова и соседку, бабу Зину. Оформили протоколом выемки.

– А уж теперь пущай Володя приобщает к делу. Зиновия Платоновна, здесь распишитесь, так… Гольцов… Спасибо, все. Эй, эй, Трофим! – Ревякин зацепил Гольцова за локоть. – Не уходи, разговор имеется. Поясни-ка, куда мог деться Силаев?

– На рыбалку мог, – подумав, сообщил Гольцов. – На Койву. Он вообще собирался… Меня с собой звал, а мне оно надо? Триста верст киселя хлебать.

Игнат покачал головой:

– Ну уж не триста – всего-то десятка полтора с гаком!

– Так была б дорога! А там одни урочища. Ноги сломаешь! Не, за водкой-то, если с баржи матросикам приспичит, тут и триста верст – не крюк. Охота пуще неволи!

– Говоришь, дня два уже соседа твоего нет? – уточнил Дорожкин.

– Да говорил же… – Гольцов задумался, почесал за левым ухом. – Ну да, где-то так. Может, и дольше. А кто тут ночью ходил, не видел. Может, Серега, а может, Картавый, паромщик…

О найденном в комнате Силаева портфеле сыщики сообщили Алтуфьеву уже из Озерска. Следователь похвалил обоих, но к находке отнесся сдержанно, что и понятно: портфель этот Силаев мог найти, у кого-то взять, в конце концов, ему могли его и подбросить. Тот же Гольцов, которому веры нет… Мало ли, чем он там клянется! Ну и про звонок сообщили. Впрочем, и тут не удивили тоже.