Книга Кровь служанки, страница 24 – Алеся Кузнецова

– Верно, – кивнул Яромир Петрович. Меня самого сюда назначили только полгода назад, прямо накануне того, как Федор начал реставрацию органа. А так до нас тут строительные работы шли по восстановлению. Пока денег нет продолжить, весь бюджет на этот год выбрали. Но зато за это время решили привести в порядок музей и подготовить номера в гостинице. Моя идея, кстати. Целое крыло простаивало. А мы комнаты сделали. Первым, кстати, к нам вчера заглянул на огонек Виктор Карлович.

– Да, это вообще большая удача для меня, – кивнул историк, – ехал к товарищу, а тут буря такая, маршрутка остановилась и водитель говорит: все, дальше не поеду. Небо темное, дождь льет. Ну я подумал, что на поезде поеду дальше к товарищу, вышел на вокзале… а там узнал про замок и что скоро он открывается. Решил не терять такую возможность. Думаю, дай позвоню, а вдруг меня чуть раньше открытия пустят?

– Я тоже обрадовался, когда вы мне позвонили с вокзала. Такая удача – преподаватель истории из столичного ВУЗа, двадцать книг и монографий, очень впечатлен. Я прочитал про вас в интернете и буду рад услышать ваше профессиональное мнение о нашем музее.

– Это обязательно! Только сперва хотелось бы ознакомиться с архивными документами и посмотреть дневники хозяев в библиотеке. Я, честно говоря, даже воодушевился, что так случайно к вам судьба занесла. Товарищу позвонил и просил меня извинить.

Эва слушала вполуха. Ее удивляло не то, как он сюда попал, а то, с какой легкостью люди меняли свои планы, будто задержка, буря и замок были чем-то само собой разумеющимся.

– А вот меня не судьба привела, а статья в местной газете, – рассмеялась Аркадия и улыбнулась мужчинам. – Якак раз решила, что хочу написать книгу про наши достопримечательности. Каждый житель города должен быть чем-то полезен, вот и я решилась.

Галина пожала губы и в этот момент Виктор Карлович тихонько шепнул Эве: муж Галины – местный олигарх и это слова из его интервью, я на вокзале газету районную читал.

Эва рассеяно улыбнулась, не сразу сообразив зачем ей это знать. В голове еще отдавался шум и чужие статусы казались далекими и несущественными. Она удивленно посмотрела на историка и только сейчас заметила, что на самом деле ему еще и пятидесяти нет, а серьезный вид придавала привычка сутулиться и хмурить брови. Надо же, он тоже вполне живой и ничто человеческое ему не чуждо.

Она невольно повернулась к Виктору Карловичу, впервые увидев в нем не только сухого историка, и краем глаза заметила взгляд Мирона. Ее помощник выглядел совершенно спокойным, но почему-то это спокойствие показалось ей напускным. Эва подумала, что в последний день он немного переходит границы. Она сама настояла, чтобы они были на ты, потому что не любила официоза, принятого в семье мужа, но при этом она не хотела, чтобы Мирон интерпретировал это неправильно. Она немного сомневалась по поводу поездки с ним вдвоем, но все-таки Мирон сам был родом из этих мест и неплохо разбирался в особенностях жизни на постсоветском пространстве. А годы жизни во Франции сделали его буквально незаменимым для работы с клиентами Эвы.

За окном ветер ударил так, что старое стекло жалобно заскрипело. Эве показалось, что в этом гуле было что‑то отдаленно напоминающее рык льва. И она снова дотронулась до кулона.