Книга Кровь служанки, страница 83 – Алеся Кузнецова

– Вы, наверное, впервые столкнулись с такими сумасшедшими, как мы, антиквары. Не поверите, но я от этих ручек просто в восторге. Она тронула ручку на ближайшей двери и улыбнулась:

– Вы когда-нибудь видели такие образцы девятнадцатого столетия из настоящей латуни, да в таком количестве? Они же здесь повсюду! Восхитительно! Ну, правда! Бывало, что в каком-нибудь замке тоже в главном крыле настоящие ручки. Зато во всех остальных помещениях что-то совсем дешевое ставят. Я на эти ручки сразу обратила внимание, как только заселилась в комнату. У вас действительно каждая из латуни и все с одной мануфактуры. Вот я подумала, а вдруг мастерская была прямо здесь, и их делали где-то в замке. Сама не заметила,как забрела, не пойми куда.

– Они что правда такие ценные? – Оксана неуверенно покосилась на ближайшую ручку. – Конечно, ценные, – Эва кивнула, перейдя в привычную роль серьезного эксперта. – Видите этот оттиск? – она провела пальцем по маленькой букве, выбитой у основания. – Это клеймо. Обычно так помечали партии, чтобы потом отслеживать, куда ушли поставки.

– Клеймо? – Оксана нахмурилась и присмотрелась внимательнее.

– А вы разве не замечали? Оно на всех ручках одинаковое. У нас в гостиничном крыле, в коридорах, в холле первого этажа, здесь. Я никогда такого не видела. Это просто потрясающе!

Оксана коротко пожала плечами и наконец, расслабившись, осторожно улыбнулась:

– Я никогда так не смотрела. Вы в таком лучше разбираетесь. Пойдемте, я вас выведу и больше не гуляйте так далеко. Это может быть опасно.

– Опасно?

– Еще не все отреставрировано. Может камень сорваться или еще что. Я здесь каждый угол знаю, а вам лучше не надо сюда.

– Я постараюсь поумерить свое любопытство и перенести вопрос изучения ручек в библиотеку. Может там какие материалы найду.

– Так будет точно лучше.

Путь обратно и при свете дня оказался значительно короче и минут через пятнадцать Эва увидела знакомые гобелены. Она быстро попрощалась с Оксаной и решила, что первым делом переоденется. Голова ныла, мышцы болели от ночного напряжения, но она не собиралась пропускать завтрак и больше не планировала отступать. Встреча с Дианой теперь не пугала ее. Этой ночью что-то изменилось. Она пока не понимала что именно, но вдруг вспомнила, что когда-то была совсем другой и больше не собиралась пасовать перед чужой бестактностью и ложью.

Дианы в номере не было, и она смогла немного расслабиться. Первым делом Эва сбросила с себя одежду и забралась под горячий душ. Вода хлестала по коже, и с каждым ударом струи возвращалось ощущение, что она жива и все еще управляет своим телом, чувствует его и осязает. Она справится.

Десять минут спустя зеркало показало женщину, в которой трудно было узнать вчерашнюю Эву. Та же фигура, те же черты, но взгляд стал другим. Твердым, спокойным, как у человека, вернувшего себе право решать и быть собой.

Разговор с Мари и подозрения об отношениях Арно и Дианы сперва уничтожили ее. Она честно горевала – по иллюзиям, по любви, по самой себе.Но страх и опасность сделали то, чего не смогла сделать боль: включили инстинкт выживания. И теперь Эва чувствовала странное освобождение.

Словно птица Феникс, о которой так любил рассказывать в детстве отец, она поднималась из пепла. Из груды того, что сгорело безвозвратно – веры в правильность выбранного пути, в любовь мужа, в искренность Мари, с которой они были подругами. Из всего этого вырастала другая Эва – та, за которую маме бывало стыдно, но которой всегда восхищался отец.