Книга Три двери смерти, страница 39 – Рекс Тодхантер Стаут

Окружной прокурор был не уверен в исходе процесса, и ему повезло, что Вулф на этот раз выступал на стороне обвинения. Повезло и Синтии, потому что Вулф выставил ей счет до того, как выяснилось, что его потащат в суд. В противном случае бедняжке пришлось бы продать половину своей доли в компании, чтобы расплатиться с ним.

Вчера утром Вулф прочитал свежие газеты и снова разворчался. Узнал, что присяжным потребовалось всего два часа и сорок минут, чтобы вынести решение по делу и признать Джина Домери виновным в предумышленном убийстве. По словам Вулфа, это еще раз доказывало, что он зря таскался в суд и вполне можно было обойтись и без его показаний.

Владельцы «Домери и Нидер» заверили меня, что теперь я могу прийти на любой показ любой коллекции – на мое имя всегда будет зарезервировано место в первом ряду. Более того, я вправе выбрать все, что придется по вкусу. Мне это тут же вышлют с наилучшими пожеланиями на любой адрес. А я-то думал, Синтия меня раскусила и поняла, чего мне надо. Увы, женщинам всегда наплевать на чужие чувства. Думаю, где-то через месяц она беспечно, с легким сердцем пришлет мне приглашение на свою свадьбу.

На мой взгляд, это было одно из самых блестящих расследований Ниро Вулфа, хотя он и не получил за работу ни цента.

Возможно, да, а возможно, и нет, Вулф просто сделал любезность старому другу Марко Вукчичу, одному из трех человек во всем мире, называвших Вулфа по имени – Ниро. Однако этим все не ограничивалось. За пределами дома Вулф воистину наслаждался едой лишь в ресторане «Рустерман», которым владел и управлял Марко. Прежде чем обратиться к Вулфу с просьбой, Марко накрыл для нас роскошный обед в отдельном кабинете. И заговорил о своей нужде не раньше, чем туда вкатили тележку с сырами. Более того, попавший в беду человек был шеф-поваром.

– Должен признать… – начал Марко и подался вперед, чтобы положить мне еще один ломтик кремонской горгонзолы, – что он давно лишил себя права претендовать на уважение профессионалов. Однако в юности я работал под его началом в ресторане «Мондор» в Париже. Тогда ему было тридцать лет, и он готовил лучшие соусы во всей Франции. Он был гением и человеком широчайшей души. Да чтоб я этим сыром подавился, если буду сидеть сложа руки, когда его обвиняют в убийстве, которого он не совершал! – Марко взмахнул рукой, в которой сжимал длинный узкий нож. – Но что я могу? Я всего лишь трактирщик, а ты – великий сыщик и, кроме того, мой друг. Поэтому я обращаюсь к тебе с просьбой: спаси его. Да и не только к тебе. К Арчи тоже. – Марко показал на меня ножом. – Ты ведь, надеюсь, тоже мне друг?

Я с жаром кивнул. После такого роскошного обеда и вина я питал к Марко особенно теплые чувства.

– Конечно, – заверил я. – Только не перегибайте палку с комплиментами. Я так, мальчик на побегушках.

– Ха! – недоверчиво хмыкнул Марко. – Друг, не рассказывай мне сказки, уж я-то знаю, чем ты на самом деле занимаешься. О деньгах не беспокойтесь. Я, разумеется, все оплачу.

Вулф, заворчав, посмотрел на ресторатора. Большая физиономия Вулфа, отнюдь не казавшаяся крупной на фоне его гигантских габаритов, чуть раскраснелась и сияла от удовольствия, как, собственно, и всегда после отменной трапезы. Однако в его глазах явно читалась досада, которая и вызвала недовольное ворчание.