Онлайн книга «Три двери смерти»
|
– Мне кое-что потребуется, – просипел Кремер; он был потрясен, хотя старался не показывать виду. – Мне нужны письма. Что вы там говорили насчет открытой двери? Мне нужно… – Вы получите все, что вам нужно. Я спрашиваю, что вы собираетесь делать прямо сейчас? Как нам поступить с миссис Уиттен? – Об этом не беспокойтесь. У меня в машине сидят два сотрудника. Если рана не помешала ей прошлой ночью приехать сюда, значит и сейчас не помешает прокатиться до полицейского управления. – Хорошо. – Вулф повернулся к Джули. – Помните, я дал вам одно обещание? Я сказал, что если вы мне поможете, то я позабочусь о том, чтобы миссис Уиттен не выдвигала против вас обвинения. Бесспорно, вы мне помогли. Вы выполнили свою часть сделки. Ну а я выполнил свою. Вы со мной согласны? Такое впечатление, что она не услышала ни единого слова. Джули смотрела на него невидящими глазами. – Во вчерашней газете напечатали, – произнесла она, – что похороны состоятся сегодня, в четыре часа. Там еще была просьба: «Цветов не посылать». Цветов не посылать! Мне показалось, что Джули пытается улыбнуться, но вдруг она уронила голову на руки и затряслась от рыданий. Глава 11 Я стоял в коридоре на третьем этаже перед дверью Южной комнаты. Вулф решительно отказался подниматься сюда, поручив непростое дело мне. Я постучал. – Войдите, – раздался голос из-за двери, что я и сделал. Фиби швырнула журнал на столик и встала из кресла: – Ну и задержались же вы. Где мама? – Собственно, из-за этого я и пришел. Переменившись в лице, Фиби шагнула ко мне и с напором спросила: – Где она? – Не надо на меня давить. Для начала хочу извиниться. Знаете, что я подумал, когда вы выдали мне хохму про открытую дверь? Я решил, что кто-то из собравшихся в столовой – убийца, причем вы знаете, кто именно. Я не исключал, что вы сами замешаны в преступлении. Вот вы и подумали: вдруг Вулф размякнет, если предложить ему выход из положения? Но теперь все встало на свои места. Вы не могли поверить в виновность Помпы. Вы знали, что ни один из тех, кто прятался в столовой, не причастен к убийству. Значит, преступление совершила ваша мать. Именно ее вы и пытались спасти. Именно поэтому я хочу принести извинения, что, собственно, и делаю. – Мне не нужны ваши извинения. Где моя мать? – Не знаю. Либо в полицейском управлении, либо у окружного прокурора – в зависимости от того, куда ее повезли. Ей предъявили или предъявят в скором времени обвинение в убийстве. По большей части это заслуга мистера Вулфа, но и я тоже к этому руку приложил. За это не извиняюсь. Вы, черт подери, прекрасно знаете, что она опасная, коварная, злая женщина! Судите сами: как она подставила Помпу. Да, признаю, она вам мать, но не мне! Довольно о ней. Займемся вами. Вы чего-нибудь от меня хотите? Могу я что-то сделать для вас? – Нет. Она не сморгнула слезы, не побледнела, у нее не затряслись губы, но выражение глаз было более чем красноречивым. – Понимаете, – решил пояснить я, – все-таки сюда привез вас я, вы теперь здесь одна… Может, вам нужна какая-нибудь помощь? Хотите, я кому-нибудь позвоню, отвезу вас, куда скажете, вызову такси, вышлю вам ваши вещи… – Нет. – Внизу будет ждать Фриц. Он выпустит вас на улицу. Если что – я в кабинете, печатаю. На этом мы распрощались и долго не разговаривали, вплоть до позавчерашнего дня, когда прошел ровно месяц после того, как судья Уилкинсон вынес приговор ее матери. |