Книга Смертельный вызов, страница 111 – Андрей Звонков

Начался июль. История с подброшенной косметичкой развития не получила. Видимо старший фельдшер нашел ее на шкафу и больше не делал попыток что-нибудь подкинуть, а Иван сменил замок на всякий случай.

Он опять работал в одной смене с Люсей Шкребко, но еще с ними оказались и Пинскер с Линдером, так что Ивану регулярно доводилось наслаждаться встречами в кухне и комнатах отдыха с этой колоритной парочкой.

Люся, наконец, прооперировала уши и довольная появилась на подстанции. Но кроме нескольких девчонок и Ивана, который был посвящен в ее планы, никто не заметил перемены в облике. И этот факт Шкребко расстроил даже больше, чем прежние реакции на ее неординарную внешность.

— Все невнимательные козлы! — ругалась Люся в машине, — ну хоть бы кто-нибудь сказал, что я изменилась.

— А разве ты изменилась? — подколол ее Иван, — мне кажется, ты осталась такая же шебутная и веселая, как и была.

Он уже не видел и не воспринимал уродующих ее лицо диспропорций. Кажется, что Беляковская реплика, что красота не во внешности, а в сердце, дошла до него. Но помнил он и ее декларацию при первой встрече: «Я с женатыми романов не завожу!», поэтому хоть и чувствовал симпатию к Люсе, но держал дистанцию и всякие Люсины шалости, вроде поцелуйчиков и обнимашек, воспринимал как мелкие провокации и естественное стремление получать внимание, которого ей явно не доставало. У Люси не было подруг в истинном смысле, но не было и явных соперниц на подстанции. Она не позволяла себя, как обижать, так и жалеть.

С невольным влечением, которое проявлялось на Люсину гиперсексуальность, Иван боролся, как мог. Он уговаривал себя, что она не испытывает к нему никаких чувств, что все ее провокации, это вроде как подсознательные тесты, стремление проверять: а действительно ли она может привлекать внимание мужчин?

Что Люся выбрала для своих тестов именно Ивана, только потому, что он успешно противостоит ее призывам и допустить мысль, что Люся действительно намекает на возможные сексуальные отношения, Иван не мог.

Спрятанные уши оказались не самым важным элементом внешности. Да, Люся уже не походила на мартышку из мультфильма «38 попугаев», но и до Анджелины Джоли еще не дотягивала. Выступающие резцы, круглые щеки и нос картошкой придавали ей сходство с хомячихой, которой по капризу Творца досталось тело Дианы — охотницы.

Но кроме Люси Шкребко с ее доминирующей проблемой, Иван не забывал и о задании, поэтому периодически обсуждал с Беляковым текущую обстановку на подстанции.

Выходило, что проникновения в кабинеты и обнаружения тайников никто не заметил. Провокаций в отношении Ивана с попытками его подловить на чем-нибудь больше не возникало. Беляков предположил, что неизвестный провокатор, а стопроцентной уверенности, что это именно ЮАН, не было, решил пока затаиться. Что этот человек вообще может быть не из сотрудников подстанции, а ЮАН или кто-то из диспетчеров, как и старший фельдшер только выполняют его задание — мысль была, но как гипотеза и подтверждения не нашла. Но сейчас нужно быть особенно настороже, чем дальше, тем внимательнее. Ибо с каждым днем шанс попасть под провокацию возрастает.

Во второй половине августа к Ивану, отдыхавшему в палисаднике под сенью яблонь между вызовами, подошел Линдер. Он достал сигарету и спросил: