Книга Смертельный вызов, страница 137 – Андрей Звонков

Иван потер запястья, еще помнившие скотч. Осмотрел комнату, взял книгу «Щит и меч», и доложил:

— Я готов.

Меньше всего Ивану по пути домой хотелось разговаривать и обсуждать пережитые события. Впервые в жизни он подумал, что не мешало бы выпить граммов пятьдесят коньяка или на худой конец водки. И все — таки он спросил, не обращаясь к полковнику, а в пространство:

— Что дальше?

— Три дня на приведение себя в порядок и выяснение отношений с мамой, — сказал Москвичов, — а потом командировка.

— Куда? — без удивления спросил Иван, — он предполагал, что его «заключение» тремя днями отсидки в квартире не окончится.

— Учиться, — объяснил Москвичов, — тренироваться. Обретать новую специальность.

— Какую? Опера?

— Нет, — Москвичов вел машину, — вы Иван зачислены в институт и будете учиться на специалиста по рекламе. Но подробности потом.

— Чем дальше, тем чудесатее и чудесатее, — процитировал Иван Алису из сказки Люиса Кэррола, — а собственное желание уже не учитывается?

— В космос все равно не пустят, — пошутил Москвичов, — а Родине послужить можно и под моим началом. Или вы против этого?

— Что с ЮАНом? — спросил Иван. — Меня не будут искать?

— С ЮАНом все хорошо, отоспался и стучит как дятел, но не мне, а в контору, он же в их разработке.

— А вы знали? — Иван понял, что «конторой» полковник называет ФСБ.

— Нет, пока они не решили тебя прикрыть. Чисто работают.

— Мне тоже понравилось, — Иван вспомнил, как обошелся Сашка Линдер с половыми принадлежностями заведующего, — и люди там душевные. Так значит, теперь на меня нет охоты?

Москвичов промолчал, и в этом молчании Иван почувствовал неуверенность.

— Меня опять хотите использовать как живца?

— Нет, — ответил Москвичов, — такого плана у меня нет. До октября ты уедешь в лагерь на сборы. Вспомнишь спорт и немного подучишься разбирать и собирать оружие. А с начала учебного года — за парту!

Иван молча переваривал новый массив информации.

— Да, и еще, — продолжил Москвичов, останавливаясь невдалеке от Иванова дома, — агента «Кислород» больше нет, погиб в бою, пал смертью храбрых. Награжден посмертно.

— В боевиках при этих словах герою стреляют в голову, — сказал Иван, ибо нет человека — нет и проблемы.

— Для тебя еще пуля не отлита, — Москвичов открыл багажник и вышел из машины, — забирай свои вещички, Беляков привез. К Шкребке можешь съездить, она весь телефон на подстанции оборвала, больше за тебя волнуется, чем ты за нее. Но не рассказывай ничего. Основная версия — бандиты сами друг друга перестреляли. После той кучи трупов у Ма Бейкер подстанция гудит. Считают, что ты вообще в Москва — реке кормишь рыбу. Разубеждать их не советую. Но Люсю навести, разрешаю. Скажешь, что уезжаешь из Москвы и может быть из страны. Куда — неважно.

— Со скорой увольняться? — Иван закинул сумку на плечо.

— Сами оформим, заочно. Ты теперь без вести пропавший. Сейчас у нас пятница, в понедельник жду у себя, вещей много не бери, только самое нужное, матери скажи, что меняешь работу, не больше. Ну и про командировку.

— А где у вас?

— А, ты же не знаешь. Рождественский монастырь, там у меня временный отдел. Как зайдешь на территорию, налево, увидишь крыльцо.

— Про тестя маме что сказать и про Оксану?