Книга Маньяк в тихом омуте, страница 30 – Ольга Зимина

Ната взяла малышку на руки. Но ребенок не унимался.

– Клади Катюшу в кроватку, – скомандовала Тамара Арнольдовна.

Молодая мама повиновалась.

– А-а-а-а! – продолжала плакать девочка.

Жулик заглянул в спальню. Подошел к люльке.

– Ты опять сюда явился? – грозно начала Ната, но свекровь ее оборвала на полуслове.

Собака вновь встала на задние лапы, а передними стала качать детскую кроватку. Катя посмотрела на Жулика еще мутным взглядом и перестала плакать.

– Видишь, беспокоиться не стоит, – улыбнулась Тамара Арнольдовна.

– Угу, – кивнула невестка.

В последующие сорок минут Жулика ожидало купание и стрижка. Ната под сердитым взглядом свекрови оттирала следы сажи с дивана, ковров и пола. Везде, где успел побывать довольный своим освобождением пес, была копоть из дымохода.

Получив гонорар за работу, Софа на своем скутере поехала в сторону дома Калерии Львовны.

Наверное, следовало позвонить, предупредить женщину, что она, Кудря, только выезжает.

Но на улице продолжал моросить дождь. Останавливаться и доставать телефон не хотелось. Софа с трудом нашла нужный адрес и припарковала скутер у ворот. Уличный фонарь расположился у входа на участок и тусклым светом освещал все вокруг.

Карелия Львовна проживала в частном секторе. Двухэтажный дом, рассчитанный на несколько хозяев, был огорожен забором. Металлические секции крепились к кирпичным столбам. Сквозь кованые прутья хорошо просматривался участок. Здесь сразу видно было работу ландшафтного дизайнера. Хотя, возможно, сама хозяйка любила возиться с растениями и кустами. Дорожка к дому была чисто выметена. Впрочем, все дома в этом районе, казалось, были выстроены специально для последующих фото в красивых глянцевых журналах.

Софа нажала на кнопку домофона у калитки. Однако никто не вышел навстречу. Свет в окнах не горел. Дождь усиливался. Куртка девушки уже насквозь промокла. Усилился ветер. Софа поежилась от холода. Нажимала на звонок еще и еще. Затем вытащила телефон. Стряхивая капли, падающие с неба на экран, набрала номер Карелии Львовны.

«Она, наверное, уехала готовиться к предстоящему празднику. Я столько провозилась у Наты и Тамары Арнольдовны с Жуликом. Конечно, у Калерии есть еще масса дел, не только ждать грумера», – подумала Кудря. И, ругая себя за то, что не сделала предварительный звонок, собиралась уходить.

Сверкнула молния, ее отблеск отразился в большом окне дома. Софа машинально посмотрела туда. В тусклом свете фонаря она увидела еле различимую фигурку собаки. Та усиленно скребла лапками по стеклу и отчаянно лаяла.

– Жанина, – улыбнулась девушка, узнав питомца Карелии Львовны. – Что ж, встретимся позже, раз твоей хозяйки нет дома.

Софа переступила порог своей квартиры. Дома витал аромат куриного супа. Дед обожал готовить. Его коронным блюдом был шулюм – бульон с овощами. Правда, варил Иосиф Афанасьевич его на обычной плите. Вместо баранины или дичи, как полагается по рецепту, добавлял то, что было в холодильнике. Скорее всего, с настоящим узбекским блюдом кулинарное творение деда не имело ничего общего, но Кудря гордо именовал его супом для рыбаков и охотников. Впрочем, получалось достаточно вкусно.

– Где ты так долго была? – выглянул в коридор Иосиф Афанасьевич.

– Деда, сейчас все расскажу, только переоденусь, – развешивая куртку у батареи, сказала внучка.