Книга Рассвет, страница 29 – Дэниел Краус, Джордж Эндрю Ромеро

– Джей Ти?.. – Это прозвучало как мольба раба перед хозяином.

– Сколько прошло с начала вскрытия? – Вопрос звучал как по скрипту.

– Четыре с половиной часа? Пять? Джей Ти, он встал. Он преследовал нас.

– Апре́ля морт[3]– мрачно усмехнулся Джей Ти, – я прав?

– Ты должен рассказать нам все что знаешь, – сказал Луис.

Разговоры на заднем плане стали громче. Послышались резкие удары, звук перемещаемого телефона: возможно, его прятали. Голос Джея Ти стал громче, более сипловатым, вероятно усиленный сложенной чашечкой ладонью.

– Я кое-что слышал, – прошипел он. – Здесь пара парней из… Не могу об этом говорить.

– Кто? – требовательно спросил Луис. – Где ты?

– На вечеринке! – Джей Ти снова рассмеялся, словно безумец. – Говори со мной, Акоцелла, потому что эти люди смотрят на меня. Я не могу произнести то, что хочу.

Мечта Луиса о Джей Ти, загнанном в угол, сбылась, но он не мог насладиться ею. Он чувствовал, что готов на все, лишь бы воскресить надменного, эгоцентричного Джефферсона Тэлбота. Он посмотрел на Шарлин, ища помощи, но она покачала головой. Она сняла сеточку для волос, и ее кудри упали на вздымающуюся грудь. Луис прочистил горло.

– У нас был… Джон Доу.

– Копы?

– Да.

– Я знал, что вы поэтому задержались. Вы его вскрыли?

– Ага.

– Травма головы? – спросил Джея Ти. – Расскажи про мозг.

Луис вспомнил, как из револьвера тридцать восьмого калибра повалил дым. Он не хотел признаваться, что стрелял в Джона Доу. Ни Джея Ти, ни самому себе.

– Не было причин исследовать мозг, – осторожно сказал он.

В динамике телефона послышался шум: Джей Ти вздохнул.

– То же. Мать вашу. Самое. – Его голос стал тверже. – Вы уже отчитались?

Луис посмотрел на Шарлин. Ее поднятый вверх большой палец придал ему уверенности.

– Да, сэр, – ответил он. – Сами и в ССДС.

– Черт, мужик! – Жизнерадостный голос, который так обожали чиновники, стал писклявым. – Все записи ССДС просмотрят. Позвони им. Сейчас же. Отзови отчет. Попомни мои слова, Акоцелла. Вот-вот хлынет ливень из дерьма, и гроза направляется прямо в нашу сторону.

Замешательство было густым, как внутренности; Луис попытался стряхнуть его.

– Что я должен был сделать? Джей Ти, что я долженсделать?

Из телефона раздались звуки: кто бы ни находился в комнате с Джеем Ти, он подошел ближе. Луис услышал, как его босс разговаривает с другим человеком, и повернул голову, чтобы лучше слышать. Шарлин подошла ближе, обойдя голову Джона Доу, опутанную проводами. Низкий голос превратился в едва слышный рокот. Джей Ти вернулся, и в трубке послышался кашель: босс прочищал горло.

– Акоцелла. Ты все еще в прозекторской?

– Да. Но…

– Мне нужно, чтобы ты оставался на месте. Оставайтесь с телом, мы… пришлем помощь.

Шарлин жестом велела Луису закончить разговор. Он чувствовал себя в ловушке, у него кружилась голова.

– Кто это мы? – выдавил Луис.

– Просто сделай это, Луис, – жалобно сказал Джей Ти. – Скоро все… Ни ты, ни я ничего не можем…

– Не называй меня Луисом. Ты никогда в жизни не называл меня Луисом. Я поражен, что ты вообще знаешь мое имя.

– Бросай трубку, – прошипела Шарлин.

– Пожалуйста, – взмолился Джей Ти. – Как давно мы дружим?

– Мы никогда не были друзьями!

Голос Джея Ти сорвался.

– Послушай меня, ты, сраный мексикашка! Оставайся, мать твою, там, где я сказал! Не шевели ни единым гребаным мускулом!