Книга Дахштайн, страница 132 – Юлия Макс

– Кажется, я знаю, как найти Дэна, – ломким, радостным голосом ответила ведьма.

Лицо девушки покраснело, глаза возбужденно блестели. Она нервно колупала кутикулу на большом пальце. Грегор подавил в себе желание шлепнуть ее по рукам. Он терпеть не мог, когда люди в присутствии других ковырялись в своем теле, тянули себя за волосы или чесали голову. Ниотинский списывал их действия на признаки нервного расстройства или отсутствие личной гигиены. Еще со времен Средневековья, а затем и Ренессанса он ощущал некую брезгливость, которая переросла в раздражение от необходимости общения с подобными людьми.

Ниотинский поджал губы, рассматривая парочку: Филипп был какой-то сверхъестественной тварью, неизвестной Ордену, а Элишка – одной из последних ведьм. Служители Contra Malum пока не нашли дороги к вратам и потомку. Могли ли эти двое как-то помочь ему?

«Нужно испробовать все варианты. Судя по тому, что демонической активности нет, врата пока закрыты, а значит, у нас еще есть время».

– Я тебя слушаю, – устало выдохнул Грегор.

– В полночь встречаемся в Доме Фауста, – кивнула Элишка.

Ниотинский отпустил Элишку и Филиппа, условившись встретиться с ними ночью возле дома номер пятьсот два на южной стороне Карловой площади.

Каждую неделю Грегор докладывал Ватикану о развитии событий. По окончании видеоаудиенции у Папы кардиналу жизненно необходимо было сбежать из коттеджа и проветриться.

Тринадцать носителей колец, разбросанных по всему миру, испытывали волнение по поводу происходящего. Кардинал задолго до этих событий знал о проклятии Фауста, но медлил до последнего. Давал мальчишке возможность привыкнуть к мысли о сотрудничестве, не смел принуждать. Все это время он не ведал, жива ли Лилит, или же Фаустом займется другой демон. Просчитывая шаги наперед, Грегор не учел только одну фигуру – себя. Когда смех Лилит разнесся под сводами склада, Ниотинский будто сбросил груз последних столетий, но, похоже, вместе с этим он потерял и часть мозгов.

В Ордене нарастало напряжение. Неясность в деле потомка Фауста была лишь началом. Заявили о своем существовании и другие твари, считавшиеся полностью истребленными и изгнанными с материковой Европы. Богемия была центром скопления сверхъестественного. Длительный дележ власти влкодлаков и упырей в Праге в эпоху Средневековья наделал шуму, оставив после себя массу легенд. Contra Malum позаботился о том, чтобы власть осталась у людей, а твари стали небылицами. Только недавно появились новые свидетельства того, что Орден уничтожил не всех. Это обещало стать проблемой номер два после дьявольских врат, демонов, бесов и поиска червоточин по всему миру.

Грегор выехал в центр, едва на город опустились сумерки. Хранители двигались следом на другом авто. Припарковавшись на Градчанах, Ниотинский оплатил место и двинулся по улице. Брусчатка, поблескивая в неверном свете фонарей, ложилась под ноги. Пражская ночь, казалось, разбавляла настоящее прошлым. С приходом темноты жизнь города останавливалась в спальных районах, замирая до утра, а мощеный центр с готическими костелами и барочными дворцами спящим лишь притворялся. Выдыхая пар, кардинал застегнул двубортное пальто на все пуговицы и подтянул воротник. Сырость, казалось, проникала в самую душу.