Книга Иная Богемия, страница 155 – Юлия Макс

– Нет! – хрипло прорычал Карл, набрасываясь на незнакомца.

Энн перевоплотилась в человека, зажимая себе шею рукой, а второй опираясь на пол. Впереди дрался Карл и явно проигрывал, потому что ему исполосовали все тело, но он упрямо никому не позволял подобраться к Энн. Вильгельм кинулся им на помощь в тот момент, когда незнакомец, весело улыбаясь, пронзил грудь Карла, пытаясь вырвать его сердце, а второй упырь, подкравшийся сзади, свернул ему шею.

Вильгельм взревел, и бойня пошла на новый кошмарный виток. Кровь была повсюду, казалось, Энн вдыхала ее вместе с раскаленным воздухом, потому что в баре стало очень жарко. А может, у нее просто началась предсмертная агония?

Главарь кровососов был настолько быстр, что глаза Энн не успевали отследить его перемещение по залу. Если они не найдут оружие против вейтус, то им не выстоять против таких, как он.

На Вильгельма и Фауста нападали, главный вытащил кинжал, метко метнул Дэниэлю в живот, заставляя упасть на колени. Вильгельма били, кусали, рвали, но он платил врагам той же монетой.

В дверной проем заглянули несколько мужчин, явно намереваясь войти, но Роули покачал головой. Он поднял руку, складывая указательным и средним пальцем букву V, от чего завсегдатаи абсентерии тут же ретировались.

Энн тряслась от боли, ожидая, когда ее поглотит темнота. Глаза начали закрываться, и она поняла, что умирает, но перед этим увидела, как Роули все же вмешался, своей силой отбрасывая незваных гостей на стены. Все померкло, погружая ее в черноту смерти.

Карл

Сознание Карла блуждало в видениях настоящего и прошлого. Он чувствовал, как Вильгельм осторожно держит его за руку. Бережное пожатие холеных пальцев откинуло Карла в пучину давно минувших дней, показывая их первую встречу.

Прага, 1341 год.

Только что отремонтированный королевский дворец пах камнем и свежим деревом, а витражи на окнах преломляли солнечные лучи, окрашивая их во все цвета радуги. Коснувшись обода святовацлавской короны, он глубоко вздохнул. Расправив плечи и поправив мантию из горностая, Карл кивнул страже, чтобы отворили двери. Войдя в тронный зал, он на мгновенье замешкался, увидев всего двоих гостей.

В момент распрей между отцом Яном Люксембургским и императором Людвигом Баварским Карл готовился выступить в переговорах с немецкими князьями, которые не поддерживали действующего императора. В этот год он официально вступил на престол как преемник короля, но фактически правил Богемией уже почти десять лет.

– Вильгельм и Фридрих Баварские. Князья из императорской ветви, – раздался голос отца.

Мужчины выглядели несколько странно: оба темноволосые, белокожие, на лицах ни единого изъяна, словно их высекли из мрамора. Старшему Вильгельму, должно быть, около сорока лет, но как Карл ни старался – не увидел и намека на морщины, Фридриху же было двадцать пять. Что-то хищное проскальзывало в бледных чертах, но Карл отмел мысли об этом, сосредоточившись на знакомстве. Князья учтиво поклонились, пока Карл шествовал по залу.

– Надеюсь, дорога к нам была для вас приятной, – он протянул руку для пожатия.

Легкая улыбка скользнула по губам Вильгельма, когда он крепко обхватил кисть Карла тонкими прохладными пальцами. Так состоялось их знакомство.

Спустя месяц после встречи, как и было оговорено, Вильгельм Баварский прибыл в королевский замок Праги для укрепления связей и исполнения роли посла. Он был умен, начитан и по-хорошему дерзок в политике. Незаметно для короля Вильгельм стал близким соратником, поддерживая идеи по улучшению жизни в Богемии. Карлу до их знакомства постоянно не везло с друзьями: то их убивали при покушении на молодого короля, то они предавали; поэтому, кроме жены да пары слуг, он не доверял никому. К братьям и сестрам у него не было даже родственной привязанности, все они воспитывались отдельно друг от друга. Вильгельм же сопровождал его в поездках, присутствовал на советах, развлекал на балах, тенью следуя за Карлом.