Книга Саттия. Турнир двух лун, страница 111 – Юлия Макс

– То есть рассчитывать на Судьбу не стоит?

– Тоже не совсем верно. Не стоит бояться, что со смертью Богини умрет и мир. Судьба просто передаст правление другому Богу. Так что да, мы убьем стерву. Вместе. И освободим Энду.

– Если нам хватит сил.

– Верные мне вампиры уже в Исталоне, вместе с темными эльфами и магами следят, выискивая пособников моего культа, который теперь повинуется Богине.

– Культ еще жив?

– Жив. Слишком многих я склонил на свою сторону, будучи слегка не в себе.

– «Не в себе» – это еще мягко сказано, – уколола я его. – Кстати, на Земле именем Аббадон назван демон, один из рыцарей ада.

– Ад? Вроде вечного тумана?

Я покачала головой:

– Почти. Он горячий, как жерло вулкана. Там с тебя сдирают кожу и варят заживо, истязают и пытают, если ты, конечно, грешник. Совершил много плохого при жизни.

– Интересно. А если нет?

– О, тогда твоя душа попадет в рай, в котором проживет вечность в гармонии и умиротворении, окруженная ангелами – чистейшими сгустками света и любви.

– Эм, нет. Слишком пресно. Пожалуй, я выберу ад. Там, судя по твоим описаниям, куда занимательней.

– Вот поэтому имя тебе подходит, – убежденно провозгласила я, шагнув на ступеньки, ведущие в наши с Ронарикой покои.

– Хотела убежать? – Талию накрыли руки, разворачивая и прижимая к себе так бережно, словно я была фарфоровой.

Чувственными губами он коснулся моих, и страсть лавой прокатилась по венам, мешая дышать и связно мыслить, объятия стали крепче, руки ласкали спину сквозь тонкую ткань платья, заставляя кожу гореть от его прикосновений.

– Сатти! – выдохнул он в губы мое имя, оставляя невесомые поцелуи на щеках, веках, шее. Он отмечал, исследовал каждый сантиметр кожи. Это было запредельно чувственно. Сладко. Болезненно. Жгуче.

– Останови меня, – умолял Аббадон, терзая мои губы, прикусывая их до крови. Но я не могла и не хотела останавливаться.

– Кхм! – раздался знакомый голос откуда-то сверху лестницы, ведь мы все это время стояли у входа.

Я отпрянула от Аббадона, а он лишь насмешливо приподнял бровь.

– Потомок, спать пора. Завтра второй тур, – бесстрашно выступил в освещенное пространство лестницы и как ни в чем ни бывало произнес Сейгун. Взгляд Аббадона обещал тому мучительную смерть, но Сейгуну было плевать на злостьраспаленного Первого. Я хотела снять пиджак, любезно накинутый Аббадоном, но он покачал головой. Укутал меня в него еще больше и, обрисовав пальцами талию, отстранился.

– Буду ждать твоего выступления завтра, птичка.

«Это было необязательно»,– разочарованно прошипела я.

«Ты моя семья, Сатти. Значит, я могу проявлять заботу и беспокойство как ближайший родственник!– строго заявил Сейгун, встречаясь со мной взглядом. – Я понимаю, что ты чувствуешь, но не позволяй разуму уйти на задний план, а сердцу править».

«Что ты хочешь сказать?»– нахмурилась я.

«Например, сейчас Аббадон ушел, а его охрана слушает каждое наше слово».

«Ты не доверяешь ему?»

«Не полностью. Не просто так от его рук гибли сотни живых существ. Невозможно взять и стать другим. Ты ведь понимаешь это? Для тебя и ради тебя он старается, это видно, но как бы он ни прятал свою суть, она себя покажет».

«Почему ты раньше не поделился своими опасениями? Я верю в искупление, наставник. Верю во второй шанс. Он ведь лишился божественной силы, чтобы быть рядом».