Книга Саттия. Турнир двух лун, страница 27 – Юлия Макс

Беловолосый мужчина показался из-за поворота, на ходу подписывая и протягивая бумаги идущему рядом пожилому мужчине, похожему на дворецкого или управляющего.

– Аскелетон, на сегодня все. Остаток ночи, прошу, не доставай меня этими бумагами. И проследи за нашей слишком прыткой гостьей, ее мельтешение передо мной порядком злит.

Дворецкий хитро ухмыльнулся, но почтительно поклонился и ушел. До меня вдруг дошло, что я слышу, о чем они говорят, а это уже хорошо.

Я билась в невидимые стекла и кричала, не зная, как дать ему понять, что я здесь. Аббадон, не пройдя и половины длинного коридора, резко остановился, обернувшись прямо на меня:

– Сатти?

– Да, я здесь и оченьзла на тебя! – хмуро проворчала я, прекрасно понимая, что он меня не слышит.

– Птичка, я в курсе, что ты не знаешь, как обращаться с моей силой, – протянул он. – Но поговорить мы можем. – Аббадон кивнул на стекло во всю длину коридора.

– Я не понимаю, – ответила я снова вслух.

– Если ты здесь, просто подумай о том, что хочешь сказать мне или спросить, – терпеливо объяснял мужчина. Подошел к стеклу, подышал на него, и то запотело. – Попробуй написать.

Ну конечно, как будто я каждый день только и делаю, что пишу на стеклах мужчинам во снах. Да, я нервничала и истерила. Поэтому первое, что написала ему, было:

«Ты эгоист!»– и он увидел. Его зрачки расширились, и губы дрогнули в улыбке. Аллилуйя! Значит, я смогу спросить о Локи.

Аббадон рассмеялся и сказал с веселой злостью в голосе:

– Это не я себя убил, помнишь? Птичка, неужели ты думала, что я другой?

Я нетерпеливо топнула ногой и написала:

«Как ты воскрес? Ты не видел Локи или его тело в тумане?»

Он вмиг стал серьезным. Провел пальцами по написанному на стекле и ответил:

– Я воскрес Первым вампиром, Сатти. Ты убила во мне Бога. Но до этого у меня уже была жизнь. Я рассчитывал к ней вернуться.

«Локи???»– требовательно написала я еще раз и еще.

Он мягко улыбнулся:

– А вот за это, птичка, ты мне будешь должна!

После этих слов мое сердце забилось пойманной колибри от волнения. Аббадон смотрел на стекло, и сейчас я бы точно обняла его, если бы могла.

– Я вытащил твоего хироса из тумана. Он жив. Мы вместе пришли в Корнадор.

«Где он сейчас?»– нетерпеливо написала я.

– Он решил добраться до Академии самостоятельно, еще не зная, что ты вернулась.

Облегчение, словно бокал горячего вина, согрело мои внутренности, размягчая тот клубок горя, который скрутился во мне за время, пока я оплакивала свою тень. Аббадон спас его. Ради меня. Сейчас я готова была его расцеловать и простить ему все наши споры и размолвки.

– Ты молчишь? – нахмурился он. – Сатти, ты еще здесь?

«Здесь, – быстро написала я. – Я рада, что Локи жив. Спасибо.– И добавила: – Я рада, что не убила тебя навсегда, Аббадон».

Он прочитал, и я увидела, как вспыхнули ртутные глаза. Что это? Удовольствие на его лице? Жаль, что у меня нет дара Ронарики. Именно сейчас мне ужасно хотелось узнать, что чувствуетэтот мужчина.

– Птичка, – охрипшим голосом прошептал он, и моя кожа покрылась мурашками от вкрадчивого тона. В этот раз не от страха, а от волнующего предвкушения. Только вот чего? Нашей встречи?

А он продолжил:

– Твои последние слова мне были о ненависти. Я понимаю. А сейчас ты что чувствуешь?

Я хмыкнула. Похоже, он думал о том же, что и я. Только Аббадон сказал это вслух. Он вынуждает меня написать, что мне без него скучно. Я подошла ближе, желая вдохнуть его запах, но, видимо, сегодня я слышала только его речь. К сожалению, мне пока не давался весь диапазон дара сразу. Или это какая-то странность, которую я не понимаю.