Книга Саттия. Турнир двух лун, страница 33 – Юлия Макс

– Наша семья всегда хранила знания. Много веков мои предки вели летописи, писали исторические сводки, передавали легенды и даже сказки, – начал он, а я поняла, что библиотекарь для меня – целое сокровище.

Между тем Брувз продолжал:

– Библиотекарь. – Он горько усмехнулся. – Раньше это звучало гордо. Наша семья чтила традиции, собирала историю мира, имела вес в обществе и защиту королей и правителей.

– Вы маг? – не удержалась я от вопроса. Мужчина был высокого роста, но отличительных черт какой-либо из рас я не видела.

– Да. Маг. Но волей случая и смешения многих рас все, что я умею, – это запоминать каждую секунду каждого дня своей жизни. А живу я слишком долго даже по меркам долгожителей.

– Побочное явление?

– Возможно. Но у меня есть еще одно предположение, что я не могу уйти, пока не найдется замена. Ты должна понять, что против тебя я ничего не имею, а вот против твоей магии очень даже. – Он замолчал, будто погрузившись в события давно минувших лет, а может, и веков.

– Фениксы – ошибка Богов, Саттия. Их раса не должна была существовать в нашем мире. Слишком велика их сила, слишком легко они сходили с ума. Боюсь, что тебя ожидает та же участь рано или поздно.

– Но почему? Они все были злом?

– Не все. Многие пытались обуздать доставшуюся им мощь. Но не вышло.

– Ну хоть у кого-то же получилось?

Он как-то зло улыбнулся, зная что-то, чего не ведала я.

– Эта комната, оглянись, что ты видишь? – Он сделал жест рукой, призывая смотреть. Я послушалась. Приглядевшись к стенам, я заметила, что на них несколько слоев краски.

– Здесь был пожар. Книги тоже тронуло пламя. – Маг на это только кивнул, подтверждая, что я права. И неохотно заговорил снова.

– Да. Мой ученик, если можно так выразиться. Парень-феникс сжег добрую половину учебников и себя вместе с ними. Кричал, что не смог договориться с внутренней птицей и та заставляет его делать ужасные вещи. Он последний, кого я видел с этим даром. И чего уж скрывать – очень надеялся, что никого больше и не увижу.

Я молчала, внимательно слушая. Понимала, что Брувз не хотел мне этого рассказывать, но пересилил себя.

– Ученик наградил меня парочкой жутких ожогов, шрамы от которых уже никогда не заживут.

– Мой феникс не такой. Я говорила с ним, слилась, и мы поладили. Я такой не стану, не потеряю голову.

– Сказала девушка с разбитым лицом, которая вечно влипает в неприятности? – констатируя очевидное, подхватил он.

Я развела руками. Справедливо.

– Я хорошо учусь, заклинания даются сразу. Вот только творить магию не выходит. Если радужная магия настолько опасна, то не будет ли разумнее попытаться обучить меня?

Он невольно улыбнулся:

– Хитрюга, – проворчал, хмыкая. – Ты уже в этой комнате. Как только ты переступила порог – считай, началось обучение.

Я не сдержала улыбки. Брувз взял с полок несколько книг по истории, в которых наконец-то говорилось хоть что-то про фениксов. Дав задание для начала прочитать предысторию, меня отпустили восвояси.

Довольная, я, приплясывая, двигалась по ночному коридору. Ребят в библиотеке не оказалось, наверное, ушли в общежитие. Пока я шла, темнота стала какой-то опасной и пугающей. Вспомнился мертвый парень, которого я нашла, вот так же возвращаясь из библиотеки.

Густую тишину нарушил звук шагов – кто-то приближался, но я никого не видела. Поэтому, опустив стопку учебников, приняла боевую стойку. Шаг, еще один – и вот из темноты показались красные глаза. Я напряглась, пока весь силуэт не стал различим. Фух, Риан.