Книга Песни хищных птиц, страница 70 – Рия Альв

«На полгода же бросил».

– Нарро?

– Поступай как хочешь. – Он делано безразлично пожал плечом.

– Если бы я правда мог, как хочу… – Эти слова тоже горчили, прямо как отголосок табачного запаха, вплетавшийся в свежесть ночи.

Рука Сивиза перестала удерживать Нарро и снова скользнула к его лицу. Кончики пальцев едва ощутимо прошлись по губам, заживляя рану. Нарро даже не заметил, что успел их прокусить.

Когда магия Сивиза коснулась ауры, было неприятно, но все же намного, намного лучше, чем магия тех же Сейлан или Лейси. У Сивиза был необычный магический талант, Нарро не понимал до конца, как он работает, потому что в разных ситуациях проявлял себя по-разному.

Однако когда Сивиз лечил Нарро, он на самом деле не занимался целительством, а осторожно притуплял восприятие определенного типа ощущений, но у этого были свои побочные эффекты.

– Хватит. – Нарро отстранился.

Он опять едва стоял на ногах, а перед глазами все плыло. Теперь виной тому была не боль, которая все равно не исчезла, просто притупилась, стала ноющей. Дело было в восприятии и усталости. Вместе с чувствительностью нарушались и координация, слух, зрение. Весь мир становился несколько дальше, будто Нарро смотрел на него сквозь полупрозрачное стекло.

Руки Сивиза снова безвольно упали на подлокотники. Нарро они показались слишком бледными, а сам Сивиз безнадежно нездоровым.

Нарро готов был придушить Леди Йарн голыми руками. Зачем Сивиз ездил к ней? Что ему могло понадобиться в Урадерне? Эти вопросы жгли язык, но вместо этого Нарро сказал:

– Иди спать.

– Подожди. – Сивиз нахмурился, окинув Нарро (его ауру, точнее) оценивающим взглядом. – Я могу лучше.

– Да, можешь замолчать. Ты достаточно раздражал меня сегодня.

– Оно наступило пару минут назад.

– Именно. Поэтому просто дай мне уже прирезать тебя во сне.

Сивиз послушался. Поднялся с кресла, замер на мгновение, стоя близко-близко, окутывая лихорадочным теплом и табачной горечью, которую Нарро терпеть не мог. Потом все же пошел к кровати.

– А ты так и будешь всю ночь там стоять? – спросил он, устроившись.

– Только пока не выберу, каким ножом вскрыть тебе горло.

На самом деле восемь любимых ножей были искусно спрятаны, но девятый, самый родной, всегда был под рукой.

Позади послышался шорох крыльев. Большая почти черная в лунном свете птица опустилась на спинку кресла, вцепившись в нее когтями. Нарро повернулся к ней, и она подставила голову под его пальцы. Ну хоть одно не раздражающее его существо на весь этаж. Сирин, пусть и была птицей Сивиза, отличалась примерным поведением.

Проведя по перьям еще пару раз, Нарро все же оторвался от стола, дошел до кровати, толкнул ногой Сивиза, потому что он – опять – занял почти все место. Отвоевав свою часть на односпальной кровати, Нарро забрался под одеяло, прижавшись спиной к спине Сивиза, мгновенно ощутив все еще неестественный жар тела через ткань.

– Я больше тебя не оставлю, – тихо сказал Сивиз.

– Это обещание или угроза?

Сивиз мягко усмехнулся:

– Как тебе будет угодно.

* * *

Гроза закончилась глубокой ночью, даже под утро, и я был уверен, что все – наш отъезд точно придется откладывать. Потому что дороги размыло, а грязевые лужи настолько глубоки, что в них может утонуть лошадь. Но все оказалось не совсем так.

То, что весь день лил дождь, действительно чувствовалось, земля раскисла от воды, воздух был настолько влажным, что при желании им можно было напиться.