Книга Падение Луны, страница 121 – Анхель Блэк

Паулина начала бешено брыкаться и извиваться, пытаясь ослабить боль в обожженном животе и скинуть Мейбл, но та ловко соскочила сама, едва не споткнувшись о взрытые комья земли и не упав плашмя. Едва она успела развернуться, Паулина снесла ее мощным рывком и схватила когтистыми руками под мышки, поднимая высоко перед собой. Мейбл сжала пальцами рукоять кинжала до боли, жалея, что не попыталась подобрать отброшенный меч. Кусок оторванной юбки упал в грязь, ноги в разодранных колготках были оголены почти по самые бедра. Паулина стиснула пальцы сильнее, и Мейбл почувствовала, как когти вонзились в нее. Девушка закричала от боли и тут же захрипела, когда Паулина впилась острыми зубами ей в плечо.

«Нет, нет, нет, НЕТ!» – заметалось испуганной птицей сознание Мейбл, она почувствовала, как челюсти Паулины разжимаются и она целится в горло, чтобы выгрызть одним укусом.

Мейбл через боль подняла руки и уперлась изо всех сил в плечо и шею Паулины локтями, отодвигая от себя.

– Вы зря трепыхаетесь, мисс Салливан. Вы все равно умрете сейчас. – Паулина была прямо перед лицом Мейбл, ее черные губы и подбородок заливала кровь девушки. Желтые глаза с ниточками зрачков жадно всматривались в бледное лицо ведьмы, ловя каждую эмоцию. Мейбл было страшно представить, на что она сейчас вообще была похожа. Она не стала отвечать, чтобы не тратить силы, упираясь локтями в шею и плечи Паулины. В голове вспыхивали небрежно разбросанные у наставницы листы глоссария, где от руки писалось о каждом чудовище.

Наги любили играть с жертвами, и это то, чем нужно было воспользоваться, поэтому Мейбл просто стиснула зубы и позволила Паулине говорить одной.

– Что такого есть, что вы не сдаетесь? Та глупая девчонка с золотыми волосами? Брат? Может быть, бесовы Грехи, возомнившие себя Ангелами Алторема, спасающими невинные души? Или Мастера, молящиеся своему мертвому Богу и не видящими просвета? Что, мисс Салливан?! – Паулина встряхнула ее, еще сильнее вонзая острые когти в плечи.

Мейбл жалко вскрикнула и разозлилась сама на себя. Она посмотрела на Паулину иначе, без прежней теплоты и сочувствия, а с самой настоящей ненавистью.

– Вы неглупая женщина, госпожа ведьма. Я могу сохранить вам жизнь, – вкрадчиво прошептала Паулина, и между ее черных губ, испачканных в крови, мелькнул раздвоенный язык.

– А что есть у тебя? Альбрехт? – не выдержав, зло выплюнула Мейбл, и самодовольное выражение лица Паулины пошло трещинами.

Маска учтивости и покоя исчезла, ее глаза вспыхнули, и Мейбл поняла, что попала в точку, стискивая пальцами кинжал. Она подтянула ноги к себе, поджимая колени к груди, затем с рывком пнула в живот Паулины и оттолкнулась руками что есть сил.

Паулина согнулась, сдвинулась назад и попала хвостом на кусок пентаграммы, вспыхнувший алыми символами в полумраке набегавших туч и начинающегося дождя. Мисс Обриэн охнула от боли, отвлеклась, и этого хватило, чтобы Мейбл снова пнула ее и царапнула кинжалом прямо по шее, шепча заклинание.

Паулина вскрикнула, выпуская Мейбл, и та рухнула на землю неуклюже, подвернув ногу и застонав от боли во всем теле.

Грянул гром, и тучи прорвались на землю холодным дождем, орошая пожухлую траву и палую листву.

Мейбл собрала последние силы и рванула вперед, выжимая из организма максимум. Она подскочила и вонзила кинжал прямо в центр груди Паулины, с хрустом пробивая плоть и кости. Не сбавляя скорости, девушка всем телом навалилась на Нага, обхватывая ногами хвост и шепча заклинание сквозь заливающую рот воду и кровь, заставляя захрипевшую Паулину податься назад и рухнуть в пентаграмму. Волосы мисс Обриэн ореолом рассыпались прямо на алые символы, сиявшие через них, ее распахнутые глаза впились в Мейбл в немом ужасе, а рот широко раскрылся.