Книга Падение Луны, страница 76 – Анхель Блэк

– Надо загнать его в пентаграмму! – крикнул Мастер, затем помог ведьме подняться на ноги. – Ты как?

– Порядок. Не ожидала, что звук будет настолько громким. Наверно, это из-за эха от пустых стен, – выдохнула Мейбл.

– Мастер Монтгомери?

– Все нормально. Я в порядке. Надо дорисовать, пока Миэ и Фергус пинают эту тварь, – раздраженно отозвался Кейран.

Он подобрал с пола выпавший из ослабевших пальцев кроваво-красный восковый мелок, затем присел на колено и принялся чертить символы. Грей достал из поясной сумки мелок и тоже начал рисовать. Сложность изгнания Кровоглота заключалась именно в пентаграмме, поскольку та требовала начертания большого количества сложных формул по краю и нескольких редких символов. Проблем еще доставляло то, что периодически от пронзительного голоса Кровоглота до острой боли закладывало уши, а перед глазами все двоилось и расплывалось. Если бы не Фергус и Йель, взявшие отвлечение твари на себя, пришлось бы туго. Обычно голодные Кровоглоты не настолько шустрые и выносливые, и даже один сильный Мастер вполне мог бы справиться с ним, но этот, по ощущениям, неплохо так подпитался дюжиной убитых орденцев.

Грей провел завершающую линию и потер лоб костяшками пальцев, прогоняя тошноту и головокружение. Он быстро достал из кармана фулу, поджег их заклинанием и поднялся на ноги, вооружившись тростью. Мейбл напротив тоже встала, в ее пальцах замелькали белоснежные глянцевые бока рунных камешков. Кейран выпрямился ровно в тот момент, когда зубастая тварь попыталась запрыгнуть на Михаэля сверху и ударить сильными лапами. Цзинь попробовал увернуться, но его раненая нога стрельнула болью, и он замешкался, отчего позволил Кровоглоту повалить себя. Кейран было бросился на помощь, но Фергус вцепился когтистой рукой в волосы монстра и дернул на себя с такой силой, что Грей поразился, как он не сорвал с Кровоглота скальп или всю голову целиком.

– Стойте здесь, – бросил Кейран Мейбл и Грею, затем ловко подскочил ближе и запустил связкой фулу прямо в распахнутую пасть Кровоглота. Острые, словно тонкие иглы, зубы блеснули от светящихся алым символов, а затем сомкнулись, и внутри пасти раздался взрыв. Кровоглот закричал, вскидывая лапы к кровоточащим челюстям. Он в агонии от боли бросился на Кейрана, но между ними выскочил Йель, схватил Кровоглота за шею и швырнул прочь – прямо в пентаграмму. Тварь рухнула в центр нарисованных символов изломанной куклой, завыла на тонкой ноте раззявленным кровоточащим ртом, и Грей с Мейбл не стали медлить. Они синхронно воткнули ритуальный кинжал и лезвие трости в острые углы пентаграммы и принялись читать заклинание изгнания. Что-то утробно завыло, под ярко светящимися символами забурлили тени, бледное тело Кровоглота пошло рябью.

Словно сквозь вату Грей услышал тихое мелодичное пение, и по его плечам и спине пробежал озноб. Что-то было не так, ведь пентаграмма работала и Кровоглот корчился на мраморном полу в жидких тенях – он не мог петь.

Сквозь марево от дымящейся плоти Грейден встретился с широко распахнутыми в ужасе глазами Мейбл, а затем он увидел, как из ее носа потекла кровь. Ведьма поднесла руку к лицу, пошатнувшись, а затем ее лицо превратилось в неясное пятно, и Грейден устало опустил голову, тяжело задышав. По рукам прошла мерзкая дрожь, делавшая суставы и мышцы вялыми, как желе, по губам стекло что-то мокрое, и Мастер смутно разглядел капнувшие капли крови возле пентаграммы. Он отшатнулся, выпуская трость, и потянулся дрожащими пальцами стереть кровь с символов, чтобы не нарушить формулу изгнания, но было уже поздно. Тени всосались в мрамор, символы и формулы погасли, а Кровоглот перестал болезненно скулить. Весь храм наполнился нежным пением будто самих ангелов Алторема.