Книга Бессердечный рыцарь. Книга 1, страница 173 – Милена Янг

Ему стало не по себе.

– Вот первая подсказка, – кивнула она на праздничную разноцветную коробку под елкой. – Открой ее.

Пальцы парня дрожали, пока он разматывал блестящую упаковочную бумагу.

Поднял крышку.

И нашел там человеческие пальцы.

От чудовищной догадки свело горло.

Дамиан отбросил от себя коробку, отказываясь верить в это зверство.

– Нет… это шутка, да? – нервно рассмеялся он, облизнув пересохшие губы.

– Иди в следующую комнату, – это был приказ. Алисия достала пистолет и направила ему в лицо. – На кухню.

«Я просто сплю. Это все не по-настоящему…»

Он нашел там очередную яркую коробку для подарков.

Распаковал ее, и Алисия опустила пистолет, наслаждаясь реакцией.

В полном крови ящике лежало сердце. Дамиан безэмоционально смотрел на оберточную бумагу, пока его тело парализовал разъедающий кости холод.

Коробка выпала из его ослабевших рук.

– Оно было уродливым, поэтому я его вырезала, – Алисия засунула руку, вытаскивая окровавленный орган. – А он звал тебя перед смертью, знаешь? Все волновался о том, что случится с его любимым сыночком.

«Я тебя не слышу… я тебя не слышу… это все неправда…» – мысленно повторял Дамиан.

– Вы ведь поругались с ним. Ты даже попросить прощения не успел. Наговорил папе так много плохого, – Алисия издала радостный смешок. – Поэтому я тебя и не убью. Такая жизнь будет мучительнее, – кровь капала с ее пальцев, пачкая пол. Женщинасхватила Дамиана за лицо, и он содрогнулся от ощущения влаги на своей коже. – Идем открывать остальные подарки?

Остаток «экскурса» пролетел как в тумане.

Он плохо помнил, только то, как перед глазами потемнело, и сердце прихватило. Кажется, отключился после третьей коробки.

Алисия сама перетащила его бездыханное тело в нужное место. И заперла изнутри в комнате. Оставив наедине с главной частью трупа, которая плавала с ним в полной крови ванне.

Когда Дамиан очнулся, то увидел себя, утопающим в чужой крови.

Кое-как вылез наружу. Колени жгло, когда он упал на пол.

Дамиан не мог кричать. Не мог двигаться. Он просто смотрел в мертвые глаза родного человека и трясся. От жгучего горя. Бесконечной скорби, ужаса, шока и глубокой бездны вины. Страха.

Было так жутко. И больно.Как же это, блядь, было больно.

Она раздавалась в каждой косточке, каждом нерве. Она билась в висках, от нее немели кончики пальцев.

Дамиану казалось, что он сходит с ума.

И ничего – абсолютно, черт возьми, ничего не могло унять этот ад внутри него.

В полном оцепенении он провел, казалось, целую вечность.

***

Дамиан встрепенулся, когда люди в форме заполнили пространство тесной комнаты.

– Очнись, пожалуйста, очнись… – повторял чей-то голос.

Пальцы утопали в крови. Запах металла словно въедался ему в легкие, заполнил нос. Дамиану казалось, что он захлебывается в ней. Задыхается.

Тонет.

– Не умирай… прошу тебя, не умирай… – как сумасшедший, повторял Дамиан. – Пожалуйста, не бросай меня. Не умирай. Я не могу… Я тебя спасу… – он не отпускал черную куртку, пропитанную кровью, цеплялся за нее изо всех сил, ломая ногти, потому что его пытались оттащить.

– Уже поздно, Дамиан… хватит… – кричала в истерике Эви.

– Сынок, тебе нужно отойти… – сказал следователь.

– Не умирай… Пожалуйста, не бросай меня… – бормотал Дамиан, не слушая никого. Голос сорвал, но не мог замолчать.

Слова, которые он не мог выдавить из себя последние часы, теперь прорвались. А он все шептал, охрипший, заплаканный.