Книга Бессердечный рыцарь. Книга 1, страница 218 – Милена Янг

– Мам? Что происходит? – Кайден выглядел испуганным.

Девушка опустилась на колени перед сыном, чтобы быть с ним на одном уровне, и крепко обняла.

– Все в порядке, солнышко мое. Мне нужно помочь папе, чтобы он поправился быстрее. Не беспокойся, хорошо? – она поцеловала малыша в лоб, убирая кудри от его лица. – Поиграй в планшете пока, садись на этот стульчик, я скоро вернусь. Не успеешь и глазом моргнуть.

– Как помочь? – голос ребенка дрогнул. – Дамиан потерял много крови?

Эви поняла, что мальчик был на грани слез.

– Ты волнуешься за него, – поняла она и обняла его крепче. – Не бойся. Папа выберется.

– Он мне обещал, – Кайден уткнулся лицом в шею мамы, не сдержавшись, всхлипнул. – Мы не успели погулять… Обещал мне…

– Даю слово, милый, ты успеешь еще провести с ним время, – сердце Эви разрывалось от рыданий мальчика. – Ты веришь мне?

Она держала его в объятиях до сих пор, пока его плечи не перестали трястись.

– Да… – Кай прерывисто выдохнул, шмыгнул носом.

Эви улыбнулась, усаживая его на один из стульев перед кабинетом.

– Можете проходить, – послышался голос медицинской сестры.

***

Из-за того, что состояние Дамиана было крайне тяжелым – у них не было совсем времени, его жизненные показатели находились на грани – был предложен один-единственный вариант для лечения.

Несмотря на риски, у пациента были абсолютные показания.

Прямая гемотрансфузия.

Достаточно узконаправленный метод, представляющий большие технические сложности.

Такое делали редко в современных условиях, но конкретно сейчас другого выхода просто не было, как и возможностей у этой больницы. Перевозить в другую означало потерять драгоценное время, которого у Дамиана не было.

Необходимо было наложить анастомоз между артерией донора и веной реципиента. Дляэтого использовалась лучевая артерия на запястье, поскольку была почти единственной доступной.

Операция наложения соединения между сосудами такого малого диаметра сопровождалась рисками. Особенно высокой была степень вреда, наносимой донору. Ее лучевая артерия должна была быть обнажена через разрез большой длины, Эви предупредили о том, что после этого ее кровь нельзя будет использовать более двух раз, и у нее на всю жизнь, навсегда останутся шрамы.

Она не колебалась ни на мгновение.

Такая тонкая и сложная операция должна была выполняться, когда донор и реципиент лежали бок о бок, а их руки были сомкнуты.

Эви лежала на операционном столе, рядом с Дамианом, и не могла перестать смотреть на него.

Она стиснула зубы, когда ощутила острую вспышку боли в руке.

Плевать.

Перетерпит.

Только бы ему стало лучше.

«Пожалуйста, Господи, спаси его», – мысленно произнесла Эви, повернув голову в сторону парня, лежащего без сознания.

Он был таким бледным. Почти безжизненным.

Эви старалась не опускать взгляд на его грудь. Повязку, насквозь пропитанную кровью.

«Не реви. Будь сильной. Держись ради него», – приказала себе, закрывая глаза.

Слезы все равно скатились из-под плотно сомкнутых век, по щекам, подбородку, пропитывая стерильную простыню, на которой она лежала.

– Вам больно?

«Очень».

– Нет, – отозвалась девушка, успокаивая медицинскую сестру. – Все в порядке.

Эви не знала, сколько длилась операция.

Было больно, руку словно жгло раскаленным железом, голова казалась набитой ватой. Тяжелой.

Все, что держало ее в сознании – парень, лежащий рядом.