Книга Бессердечный рыцарь. Книга 1, страница 384 – Милена Янг

Слова были безликими, пустыми. Он испытывал потребность обнять ее.

Вместо ответа Эви бросила красноречивый взгляд на свои ролексы.

– Время совещания вышло, – она усмехнулась, оставляя его обращение к себе висеть в воздухе. В который раз за неделю. – У кого остались вопросы, бросьте мне на почтовый ящик. Мы их обсудим на следующем собрании. А теперь, спасибо, коллеги, все свободны, – девушка не удостоила мужа взглядом, невозмутимо собирая документы со стола, пока остальные, поблагодарив свою начальницу, начали расходиться.

Дамиан полагал, что Эви станет избегать его. Что будет ощущать себя неловко. Прятать взгляд. Опускать голову.

Но все было совершенно наоборот.

Одетая в светлый брючной костюм, в красных сандалиях на небольшом каблуке от Saint Laurent, со стянутыми в идеальный пучок яркими волосами и размеренно листающая документы – Эви вовсе не была похожа на кого-то, кто испытывал дискомфорт.

И совсем не выглядела так, будто ей не терпелось убраться из конференц-зала.

Она его не сторонилась.

Ее плечи были гордо выпрямлены, а хитрые глаза смотрели с долей превосходства, смешанного со снисходительной насмешкой.

Как и все эти дни.

Ни одного слова.

Он не услышал ни одного гребаного слова.

Она сдержала свое слово.

Когда у нее заканчивался рабочий день, Эви сразу ехала за Кайденом, а в обществе ребенка Дамиан не решался на серьезный разговор, чтобы не вмешивать его. А когда малыш засыпал – Эви просто не возвращаласьв спальню. Она взяла в привычку спать рядом с сыном. Кай любил слушать сказки мамы и обнимать ее во сне, поэтому радостно позволил. Утром Эви просыпалась раньше него, принимала душ и уходила к Майе болтать о всяком и завтракать, собирала потом сына в детский сад либо в художественную школу, ехала на работу и так по кругу. Раз в дня три она обязательно навещала своих дедушку и бабушку, возила Кая к ним, проводила время с семьей.

Больше от нее Дамиан не получал ни звонков, ни сообщений, ни даже теплых взглядов.

И только лишившись внимания жены, осознал, как много его было прежде.

Во всем.

В том, как она сама готовила для него.

В том, как поправляла ему воротник рубашки.

В том, как врывалась в его кабинет посреди рабочего дня, чтобы рассказать о каком-то интересном деле или просто потому, что соскучилась.

В том, как пересылала смешные картинки.

В том, как с нетерпением ждала его каждый вечер.

Даже в том, что была готова пожертвовать собой, отправившись в логово якудз только затем, чтобы защитить его. Узнать лучше.

Ей была интересна его жизнь, он сам, она заботилась о нем.

Дамиан принимал это за должное.

Адское дерьмо.

Жизнь до ее прихода была терпимой, но после потери казалась просто невыносимой.

Одно дело – не иметь. Другое – знать, что мог бы иметь, а теперь лишен.

Казалось, Эви увлеклась своими делами, что ей определенно было не до него.

Дамиан ощущал себя… незначительным.

Это было новое, неприятное чувство.

Словно он не значил для нее так много, чтобы она даже тратила время на избегание.

…Был для нее никем.

Эви, выходя последней из конференц-зала, с кем-то увлеченно переписывалась.

Мужчина проводил ее пустым взглядом, облокотившись спиной об стену.

Он не мог заставить себя вернуться в свой кабинет.

Она улыбалась.

Кому?

Дамиан ощутил дежавю, когда последовал осторожно за девушкой, слишком поглощенной телефоном, чтобы заметить его.