Книга Гитлер: мировоззрение революционера, страница 14 – Райнер Цительманн

Риккардо Бавай называет «народную общность» экспериментом. Национал-социализм, будучи, по его словам, «политическим модернизмом, испытал нечто социально-технологически новое»[91]. Фактические изменения социальной структуры осуществлялись, правда, в очень узких границах, что связано и с вооружением, подготовкой к войне и военной экономикой. Нельзя, однако, продолжает Бавай, смотреть лишь на «данные социальной статистики»; надо учитывать также опыт и историческую перспективу. И тогда придется констатировать, что в Третьем рейхе, за исключением последних военных лет, в течение продолжительного временисуществовало сознание «народного единства». Это сознание, соединенное с «чувством социального равенства и верой в возможность подъема по социальной лестнице, имело вполне реальные последствия, поскольку способствовало принятию обществом нацистского правления»[92].

Хотя споры о значении понятия «народная общность» идут до сих пор, следует согласиться с выводом Шмихен-Акерманна, сформулированным в 2012 г.: «Все подходы к интерпретации, совершенно не учитывающие мощное воздействие и по меньшей мере временный эффект феномена „народного единства“, никогда больше не будут убедительными»[93]. Понятие «народная общность» показывает, что мировоззрение Гитлера, с одной стороны, и воздействие национал-социализма на массы, с другой стороны, были тесно связаны между собой, что и является одним из тезисов настоящей книги. Эта тема была проработана Франком-Лотаром Кролем в 2013 г. Понятие «народная общность», пишет он, было с самого начала «одним из главных, да, пожалуй, и самым главным лейтмотивом» в политической системе координат Гитлера[94]. Кроль подчеркивает, что этим понятием национал-социализм «отчетливо дистанцировался от эпохи господства буржуазии», и ссылается при этом на результаты моих исследований.

Конститутивными элементами мировоззрения Гитлера, подчеркивает Кроль, были «предоставление равных шансов при продвижении по социальной лестнице для представителей всех слоев народных масс, устранение сословных привилегий при занятии профессиональных рабочих мест, улучшение бытовых и жилищных условий для рабочих, а также увеличение продолжительности отпусков и выплат по старости для социально менее обеспеченных» — особенно в рамках создаваемого заново послевоенного порядка в будущем[95]. Все это характеризует «специфический аспект национал-социалистической модернизации, отрицать который может быть позволено лишь в высокой степени идеологически к тому предрасположенному и зашоренному исследователю», констатирует Кроль, направляя свою критику по адресу Ганса Моммзена[96].

Кроль подчеркивает, что гитлеровская концепция «народного единства» играла главную роль не только в интеграции рабочего класса в Третьем рейхе, но и уже на этапе подъема национал-социализма в Веймарской республике. «Не расизм и антисемитизм, не гегемонистское империалистическое стремление кзахвату „жизненного пространства“ и уж никак не обращенная в прошлое псевдоидиллия аграрного мира, питающегося от „крови и почвы“, не антибольшевизм, не антилиберализм и не социал-дарвинистский принцип борьбы определяли образ Гитлера и его сторонников в их собственном восприятии и в восприятии окружающих вплоть до 1930-х годов. Определяющим было скорее программное видение национального социализма, сплачивающего всех немецких соотечественников в прочное, нерасторжимое судьбоносное сообщество»[97].