Книга Мистер Буги, или Хэлло, дорогая, страница 50 – Саша Хеллмейстер

– Не знаю, была ли ты когда-то.

Все только ради этого. Это был вопрос без вопросительной интонации. Хэл бросил камень и набрался смелости. Аккуратно, шаг за шагом, прямо в топь. Интересно, сразу провалится или еще побалансирует на рыхлой, зыбкой почве? Констанс уткнулась в свой салат и небрежно ответила:

– Не думаю, что любила по-настоящему.

И он сначала обрадовался, а потом оторопел. Так, значит, никого не было. Или был? Но не искренно любимый, а просто кто-то для развлечения? Тогда она ничем не лучше их всех. Ему стало легче и сложнее расставлять свои капканы.

– Трудно в это поверить. – Змеи, рыбы и ледяные дорожки не настолько скользкие и изворотливые, как чертов Хэл. – Ты очень привлекательная и интересная девушка. Парни таких любят, уж мне-то можешь верить.

Но этот фокус с ней не сработал. Он говорил то, что привык говорить всем без особого труда, – но стоило ей хоть раз посмотреть на него, как сердце рванулось вверх и его сильно-сильно сдавило, будто кто-то сжал в кулак. И Хэл запнулся, не стал продолжать, растерянно глядя на Конни.

«Он почему-то сегодня сам не свой», – подумала она.

– У меня был парень, – медленно сказала Конни, задумчиво водя кончиком ногтя по столешнице. – Но мы с ним не сошлись.

– Слишком молод и бесперспективен?

У него в вопросе были расставлены все ловушки. Но он снова попался в них сам.

– Потому что он ходок, – возразила Констанс. – И мы просто не подошли друг другу. Он – тусовщик, он в студенческом братстве. А меня все это вообще не колышет. Престиж. Вечеринки. На них – пиво и девушки. Ему было мало меня одной. Мы поступили с ним в один колледж. Но такое чувство, что разлетелись по разным планетам.

– Так себе у тебя был парень, – заметил Хэл.

– Не отрицаю. Хотя это мне он не подошел. Где-то наверняка есть его человек. Понимаешь, о чем я? – Она отпила колы, вдруг заволновавшись.

Оба были как школьники на первом свидании. Впрочем, это и было свидание, но никто из них не сознался бы в этом. Даже себе. Хэл весь взмок. Сглотнул слюну и снова потер кадык.

– В общем-то, да, – сказал он. – Каждый ищет себе вторую половинку.

– О господи, – и Констанс впервые за долгое время наконец искренно улыбнулась.

Хэл непонимающе вскинул брови. Что он такого сказал?

– Ты веришь в теорию двух половинок, дядя?

– Я… – он осекся. Сощурился. – А ты – нет?

– Я считаю себя цельнооформленным самостоятельным человеком, – иронично сказала Конни. – Вполне благополучным безо всяких там половинок. Состоявшаяся – по себе.

– Везет.

– Почему это?

Хэл откинулся на стуле и отодвинул от себя тарелку. Ему в горло кусок не лез, хотя он не съел даже половину.

– Потому что я очень хотел бы узнать, каково это – быть… как ты говоришь… самому по себе.

* * *

За обед заплатил Хэл и попросил Конни не возражать, потому что – первое: он старше. Второе: он настоял на встрече. И третье: он мужчина и ее родственник. Конни почти поморщилась. Раскидал факты примерно по-стариковски, но – дьявол! – с ним было спорить, что с мраморной статуей.

И потом. Родственник, это ужасное формальное слово, которое даже близко не отражает всей неоднозначности их ситуации, но определяет дальнейшие взаимоотношения. Не слово даже, а ограничительная рамка.

Конни смолчала и не стала останавливать Хэла, когда он оплатил наличными блюда, напитки и чаевые. Это было бесполезно, и она все быстро усекла.