Книга Ловушка для Крика, страница 36 – Саша Хеллмейстер

Она знала, что это её последний праздник.

– Я не была так счастлива, как сегодня, уже много лет, да и ты тоже. Не отнекивайся, я знаю. У тебя выдалось так мало солнечных дней, Пёрышко, – её голос задрожал. Она кашлянула и, коснувшись кончика носа тыльной стороной ладони, очень постаралась взять себя в руки и унять дрожь. – Ты всякое повидал. Тебя помотало по свету. Ты взлетал и падал много, много раз. Но никогда не сдавался. И вот теперь – что я вижу?

Она мягко улыбнулась, положив одну ладонь на мою макушку, а другую – на макушку Дафны.

– У тебя появились добрые друзья и любимая девушка. Не делай такие страшные глаза, тут собрались не слепые люди!

Мы рассмеялись, и Аделаида продолжила:

– У тебя есть возможность что-то изменить, прежде всего – в себе, чтобы жить иначе.Не так, как жили те люди, которых рядом с нами больше нет. Я не знаю, как сложится твояжизнь дальше, сынок. Потому что не увижу этого.

Улыбки пропали с наших лиц. Джонни поставил локоть на стол, спрятал рот под ладонью, буравя взглядом стол. Бен задумчиво опустил взгляд. Дафна молча потёрла щёку.

Вик внимательно смотрел в лицо бабушки. У него немного дрожали губы, но больше он ничем не выдал своих чувств.

– Поверь, я буду счастлива, когда покину этот мир. Потому что тебе было дано нечто очень важное, что нельзя упустить, иначе упустишь самого себя.

Вик медленно моргнул, и из-под ресниц по щеке прокатилась слеза. Во влажных глазах было тускло и темно; он сглотнул комок в горле, незаметно стараясь пережить своё горе, смешавшееся со счастьем.

– За полосой тьмы всегда следует рассвет, а мир не приносит только боль и разочарование. Я рада, что ты нашёл таких людей, как они, и хочу, чтобы всегда держался за тех, кто тебе дорог. Не подводи их, Шикоба. И они не подведут в ответ.

* * *

Ночью ребята остались на пляже, а мы с Виком отвели Аделаиду домой. Идти здесь было не очень далеко. Вик предложил взять такси, но она захотела прогуляться: сказала, что давно не ходила этой дорогой, только одна её уже не осилит. Мы держали её под руки, я справа, Вик – слева, и вот так, медленно и тихо, дошли до домика за ивой. Напоследок Аделаида сунула Вику в руку маленький свёрток в обёртке и шепнула что-то на чужом мне языке. Он молча поклонился, поцеловал её в обе щеки, заботливо обняв за плечи. Запахнул на её груди платок – и, придержав вот так, с болезненным трудом отпустил. Мы смотрели ей вслед, пока дверь в дом не закрылась.

– Пойдём? – только тогда я осторожно дёрнула его за рукав куртки.

– Да. Только забежим в т-трейлер, – сказал Вик. – Возьмём пару одеял и т-тёплый свитер для тебя.

Вик провёл меня по короткой дороге через пролесок, открыл замок в двери старого трейлера ключом и помог подняться по узким ступенькам, подав мне руку. Мы не стали запираться и не включали свет. Чертыхнувшись и стукнувшись головой об откос, Вик наклонился к корзине с бельём и взял оттуда два пледа и свитер. Повернулся ко мне.

– А теперь д-давай вернёмся…

Я молча встала на носочки и, обняв его за шею, притянула к себе. Он выронил пледы из рук и подхватил меня под колени; легко поднял и усадил себе на бёдра. Теперь я смотрела на него сверху вниз, обвив ногами талию. Ладонью я коснулась его горла и почувствовала, как сильно оно пульсирует, словно в нём отдаётся тревожное биение сердца.