Книга Безмолвный Крик, страница 57 – Саша Хеллмейстер

– Земля вызывает Джесси! Очнись, корова! Му-у-у!

Джесси молчала, потому что она чувствовала, что в чём-то они были правы. И низко уткнулась в свою футболку, сковыривая с неё остатки грязи.

– Это отвратительно, – тихо поделилась Лесли с Дафной. – За что её задирают?

Дафна тяжело вздохнула, натянула узкие джинсы и, вжикнув молнией, задумалась, в какой момент девчонки из школы и даже она сама травили Джесси Пайнс.

Лесли здесь совсем недавно: она классная, но чужая, и ей не понять таких вещей. Во-первых, потому, что красивым спортивным девчонкам без проблем с мальчишками и популярностью никогда не понять тех, кто находится в третьем эшелоне. И во‑вторых, у неё нет нужных воспоминаний и историй, которые связывали класс… и в то же время разделяли его на группы: группы крутых, ботаников, спортсменов, неудачников, отличниц. А в конечном счёте тех, с кем общались, и тех, над кем смеялись.

Джесси прославилась ещё в пятом классе, когда написала любовное письмо Джонни Палмеру, а он сказал, что от неё воняет пόтом. Что сказать, Джонни был дурак, но пόтом от Джесс и впрямь здорово разило, особенно после быстрого бега на занятиях физкультурой. Ещё она жила с дедушкой в старом одноэтажном доме, там водились крысы, и она одевалась в какой-то отстой, словно вещи брала у матери или бабушки. Джесси была из небогатой семьи. Дворик у неё был огорожен сетчатым забором, в конуре у крыльца спал старый дворовый пёс Доджер, а ещё она снимала закаты, рассветы и прочую романтичную лабуду на свой старенький отцовский Кэнон. Дедуля или говорил ей иногда, какая она славная девочка, или спал.

Джесс про себя всё понимала.

Такие, как она, существовали, чтоб их клевать. А когда клюёшь неудачника, поневоле сам себя неудачником не считаешь. Закон жизни? Почему бы и нет.

– За что задирают? – медленно повторила Дафна и пожала плечами. – Да просто так.

Джесс быстро собрала вещи в сумку. Она не стала принимать душ и неуклюже вышла из раздевалки. Стоять голой перед этими девушками под душевой лейкой, чтоб на неё пялились, не хотела. Опять они будут смеяться: эта потная, смешная, очкастая Джесс-лишний-вес. Она скривила губы от обиды, но быстро с ней справилась. Она ничего с собой поделать не могла и уже ко всему привыкла. Ну почти.

Невозможно стать за день, неделю, месяц или год другим человеком, как это показывают в любимых фильмах Джесси. Это только там из замарашек делают принцесс и сразу к ним все относятся как к принцессам. Так это не работает. Джесси ли об этом не знать. В прошлом году она накопила денег и на рождественский бал купила красивое платье. Упаковала в него своё бесформенное подростковое тело, как в колбасную обёртку. Сходила в парикмахерскую, куда ходят все крутые девчонки вроде той же Морин. Ей навили кудрей. Сделали маникюр. Она думала, что придёт на бал королевой, но девчонки подняли её на смех, затащили в туалет и смыли косметику под раковиной. Джесси простояла три часа у чашки с пуншем, надеясь, что её позовут танцевать. В красивом платье у неё очень потели спина и подмышки. Лицо после холодной воды стало пунцовым.

Джесси вышла в пустой школьный коридор. Почти все ученики разошлись по домам: те, кто остался, были либо в библиотеке, либо на дополнительных занятиях. В школе стояла поразительная тишина.