Книга Ужас Рокдейла, страница 48 – Иван Кустовинов

— Так что вы обо всем этом думаете, святой отец? Что нам нужно делать?

Отец Тадеуш вздрогнул, посмотрел затуманенным взором на детектива и, запинаясь, заговорил:

— Я даже не знаю, что здесь можно сделать, я ведь никогда не сталкивался ни с чем подобным. Может быть, мне стоит написать в Ватикан, спросить совета сначала у них?

— И ждать, когда они вам соизволят ответить?! — гневно возмутился Фальконе. — А люди в Рокдейле пускай себе пока что погибают, дожидаясь ответа Папы Римского, если он, конечно, вообще придет! Нет! Нам нужно действовать немедленно, необходимо срочно что-то предпринять, нужно как можно скорее уничтожить это чудовище! — Детектив и сам не заметил, как перешел на крик.

— Да-да, вы, разумеется, правы! Но что мы можем сделать?

— Это вы мне скажите! Вы же, черт подери, служитель церкви, а не я!

— Прошу вас, успокойтесь, и не произносите, пожалуйста, имя нечистого, особенно здесь. Не забывайте: вы находитесь на территории церкви, — наставительным тоном сказал отец Тадеуш.

— Да плевать! Вы что, не понимаете? Призрак Уотса свободно разгуливает по домам, и гибнут люди, живые люди! Его во что бы то ни стало нужно остановить, поэтому скажите сразу: вы будете мне помогать или нет?!

— Я бы с радостью, детектив, но я и правда не знаю, как вам помочь. У меня нет ни малейшего представления о том, что можно было бы сделать в данных обстоятельствах и как остановить этого Уотса. В конце концов, я ведь всего лишь обычный священник, а не какой-нибудь могущественный борец со злом или мистический воин, изгоняющий демонов. Я прекрасно понимаю, что вы очень рассчитывали на помощь в этом деле с моей стороны, но, увы, боюсь, что помочь здесь вам я не в силах. Но вы…

Отец Тадеуш не успел договорить, потому что Фальконе, гневно сверкнув глазами, развернулся и, не попрощавшись, быстро зашагал в обратном направлении.

— Постойте, куда же вы? Я хотел сказать, что в случае чего вы всегда можете рассчитывать на помощь с моей стороны, просто я не представляю, как вам помочь, — прокричал вслед Питеру священник.

Детектив уже не слушал его и, не оборачиваясь, шагал и шагал вперед по направлению к городу. Он был в ярости: во-первых, потому, что не получил помощи, на которую так сильно рассчитывал, а во-вторых, потому что сам понятия не имел, что же ему теперь делать. И все это вместе взятое означало, что акт мести, свершить который он так страстно желал, пока что откладывается.

Обратный путь отнял у Питера последние силы, поэтому, когда вдалеке показался его дом, детектив пребывал в прескверном состоянии духа. Он был физически измотан, в животе жутко урчало от голода, ноги безумно гудели, руки чесались и покалывали после прогулки по церковным джунглям, а главное, он был жутко зол, поэтому, завидев торчащего возле своего подъезда капитана Джексона, совершенно не обрадовался.

«Какого черта этот старый пень ошивается возле моего дома, наверняка не меня уж пришел проведать! Неужели ему показалось мало вчерашнего?» — ворчал про себя Питер, собираясь при случае обрушить всю свою злость на этого недоумка.

Подойдя поближе, Фальконе, однако, с удивлением обнаружил, что внешний вид капитана, как и его манера поведения, радикально изменились. Обычно всегда спокойный и сдержанный, Джексон пребывал сейчас явно в состоянии крайнего нервного возбуждения. Он бешено метался взад-вперед, его глаза лихорадочно бегали из стороны в сторону, а обычно всегда безупречный внешний вид капитана был далек от идеала. Волосы на голове были растрепаны, одежда измята и одета как попало. И вообще, казалось, с момента последней их встречи капитан постарел лет этак на десять. Питер никогда не видел своего начальника в таком жалком состоянии, поэтому, когда он подошел к нему почти вплотную, его желание обрушить всю свою ярость на этого человека испарилось как-то само собой, уступив место другим чувствам.