Книга Ужас Рокдейла, страница 80 – Иван Кустовинов

Детектив, с трудом протиснувшись сквозь толпу людей в черном, хоть и приобрел несколько помятый вид, но все же сумел пробраться в первые ряды. Траурная церемония прощания с погибшими как раз начиналась.

Первым с речью выступил мэр города, с важным напыщенным видом сказав что-то о невосполнимых потерях, которые понес город, лишившись таких достойных членов общества. Потом слово взял отец Тадеуш — за последние несколько дней он приобрел такую огромную популярность, что людей в его церкви намного прибавилось. Священник, не привыкший выступать перед большой толпой, сначала немного смущался и сильно волновался, запинаясь на каждом слове и краснея, как помидор. Однако он довольно быстро вошел во вкус и вскоре уже с превеликим усердием, старясь вкладывать смысл в каждое произносимое им слово, зачитывал что-то из Священного Писания, а закончив речь, расчувствовавшись, даже немного всплакнул. Затем выступил капитан Джексон, произнесший какую-то длинную нудную речь, которую даже если кто-то и слушал, то едва ли понял, что пытался донести до них этот усатый почтенный джентльмен.

Все эти слова пронеслись как будто бы мимо ушей Питера: ему было совершенно безразлично, что говорят эти люди. Никакие самые трогательные и печальные речи не смогли бы ни на йоту отразить той жалости, которую он испытывал, по крайней мере, к некоторым из них. И никакие красивые слова и вычурные фразы не могли вернуть их к жизни, как не могли и унять эту жгучую боль, что пронзала его сердце. У Питера было такое чувство, что со смертью Дика какая-то частичка его самого покинула этот мир. Сам Фальконе наотрез отказался выступить на церемонии прощания, он просто не видел в этом смысла. Зачем, скажите на милость, ему изливать душу перед всей этой разношерстной толпой: те, кто по-настоящему знал и любил этих людей, и так навсегда сохранят память о них в своем сердце. Для остальных же они не больше, чем призраки прошлого, ушедшие в небытие. Пусть некоторые из них и принесли пользу этому обществу и были даже своего рода героями, но для них они никогда не станут чем-то бoльшим, чем просто славной историей города Рокдейл. А тех, кто не смог оставить столь яркого следа в этой истории, и вовсе ждет скорое забвение. Уже через несколько лет никто и не вспомнит, что жила на свете некая Розалия Сандерсон, некий Джозеф Раковски или какие-то там супруги Хаммонд. Не говоря уже о Джордже Маклейне, о котором и сейчас уже без зазрения совести люди поговаривают, стоя неподалеку от его гроба, что вот он умер — и славу Богу. Без него им, видите ли, спокойнее жить будет, хотя он никогда этим самым людям, может, даже и на глаза-то не попадался, ибо, пусть Маклейн и прослыл пьяницей и бездельником, но субъектом был достаточно тихим и неагрессивным. На памяти детектива Фальконе — да он уверен, что и любого из его коллег, — никогда не было такого, чтобы Джорджа приходилось увозить в отделение за дебоширство или любое другое правонарушение, а вот подбирать его по утрам заснувшим и в мокрых штанах в самых неожиданных местах города — это всегда пожалуйста. Бывало, сам Питер в участке делал ставки на то, кому из ребят выпадет удача сегодня первым обнаружить Маклейна. Однажды он даже просадил на этом целую сотню, поставив на Дика, потому что был абсолютно уверен: счастье обнаружить Джорджа в этот день выпадет ему. Он, видите ли, приметил, что обычно по четвергам именно его другу попадается этот тип, вот он и поставил в надежде сорвать легкие деньги. В итоге, конечно, как назло, спустя уже полчаса он сам наткнулся на полуголого выпивоху, валяющегося возле бара на помойке в обнимку с бутылочкой виски. А ведь до этого в четверг он лишь однажды подбирал Джорджа! Вот и верь после этого в статистику и теорию вероятности.