Книга Сумерки не наступят никогда, страница 31 – Елена Блосфильд

Когда мы расселись в кабинете Сергея Петровича, тот с видимым любопытством спросил:

– Итак, о чем вы хотели со мной поговорить?

– Вы знаете, о чем. Вернее, о ком. Для начала разрешите представить вам Ингу. Она занимается делом, по которому мы обратились в тринадцатый отдел. Вернее, обратился министр по безопасности. Мы должны помочь ей, чем сможем, чтобы как можно скорее решить нашу общую проблему. Вы знаете, какую. В частности, мы должны предоставить ей информацию. Любую. Иначе вылетим отсюда. Сами знаете куда. Не дай бог, конечно…

– Знаю, – улыбнулся Сергей Петрович. – Я вас слушаю.

– Вы как программист расскажите нам про программу сами знаете кого и покажите нам его фотографию, чтобы тринадцатый отдел знал, кого искать, – сказал Адольф Иванович.

– Фото есть в досье на компьютере профессора, – сказал Сергей Петрович, – как и другая информация.

– Там нет ничего. Всё уничтожено, – тихо сказал директор.

– Профессор всё уничтожил? – забеспокоился программист, и мне показалось, что его тревога и удивление фальшивы, потому что он сразу поднялся из-за своего стола и повернулся к нам спиной. Идеальный способ, чтобы скрыть улыбку.

– Профессор или кто-нибудь другой, – заметила я.

– А кто другой? – спросил Сергей Петрович, оборачиваясь ко мне.

Действительно, он улыбался. «Плохой актер, – подумала я. – Наверняка он и уничтожил всё».

– Я поражаюсь уму профессора! – воскликнул он, улыбаясь. – Ушел и ничего нам не оставил. Никаких следов, никакой информации. Ушел вместе с экземпляром… Наверняка к конкурентам. Больше некуда. Вот у конкурентов и следует их искать.

– Хочу заметить, что у нас нет конкурентов. Для таких исследований нужны огромные суммы денег… – начал было директор, но Сергей Петрович его перебил:

– В России нет. Но в Европе наверняка нашлись бы. И помните, один раз профессор уже бежал из Америки, и вот теперь – бежал из России.

– Вы полагаете, что искать его бесполезно? – спросила я.

– Абсолютно! – Сергей Петрович всё еще улыбался. – Мы будем продолжать нашу работу. Профессор – не единственный, кто занимался исследованиями.

– Вам следовало бы обратиться к нам два года назад, по горячим следам мы нашли бы их… И всё же… я хотела бы взглянуть на программу экземпляра – на то, что у него в голове… – сказала я, не веря, что все так просто в этом деле. – И хочу увидеть других… таких же… как Хавьер.

– К сожалению, решено было не создавать больше таких и уничтожить ему подобных, – сказал Адольф Иванович. – Я так решил.

– Но программа осталась? – спросила я.

– Да, конечно. При необходимости мы можем возобновить исследования и создать их опять, – сказал Сергей Петрович. – Как именно вы хотите познакомиться с программой? Вы всё равно ничего не поймёте. К тому же нельзя выносить никаких вещественных предметов за стены института. Но вы можете работать здесь.

– Хорошо. Давайте так и сделаем.

– Я провожу вас в конференц-зал. Там можно увидеть программу на одном из компьютеров.

– Пойдемте, – сказала я и поднялась со стула.

Мы прошли длинными коридорами в конференц-зал. Сергей Петрович включил один из компьютеров, но прошло десять минут, а он молча смотрел на экран и щелкал клавиатурой. Изредка покачивал головой и бормотал: «Не может быть…»

Я терпеливо сидела рядом. Адольф Иванович тоже сидел неподалеку и заметно нервничал.