Книга Макабр. Книга 1, страница 63 – Влада Ольховская

Когда дыра исчезла из виду, стало чуть легче. Не намного, но достаточно, чтобы вернуть ему хоть какую-то ясность мышления. Сабир чувствовал, как сердце колотится отчаянно, быстро, как по коже скользят крупные капли пота. Мозг ученого, натренированный решать проблемы, безжалостно подкидывал ему возможные объяснения ситуации, но Сабир не хотел верить ни одному из них. Это же происходит не с кем-то другим, это… с ним! Невозможно, неправильно…

И все же абсолютную беспечность он себе не разрешил. С этого момента он больше не ночевал дома, только в своем кабинете. Шукрии он это объяснил повышенной нагрузкой, а она дополнительных вопросов и не задавала. Лейсу не позволил к себе подходить. Следил за тем, чтобы все раны на коже постоянно были забинтованы.

Через растущие боль и усталость он остро ощутил, насколько сильно любит своих близких. Шукрия никогда его не разочаровывала, он один раз поклялся защищать ее – и готов был держать свое слово до конца. Ну а Лейс… В спокойные времена очень легко было размышлять о том, какой младший брат все-таки придурок и как его хочется придушить. Но теперь, когда время вдруг стало ограниченным и особенно быстротечным, Сабир понял: он не хочет прощаться. Он готов терпеть брата и дальше, это не так трудно! Он знал, что нужен Лейсу, еще слишком рано уходить… Но разве его кто-то спрашивал?

В какой-то момент он понял: ему придется их покинуть. Так или иначе.

Осознать это решение оказалось чуть проще, чем окончательно принять его. Чтобы подавить поднимающиеся в душе волны страха и гнева, Сабир отправился бродить по дальней части четвертого уровня, подвергшейся наибольшим разрушениям при катастрофе. Жизнеобеспечение там по-прежнему работало, но люди в те тоннели предпочитали не соваться: там стало слишком темно, холодно, мрачно… и слишком очевидным сделалось, насколько близко сейчас Сектор Фобос.

Но эти же тоннели могли подарить одиночество, в котором Сабир особенно нуждался. По крайней мере, такой был план. Поначалу все шло предсказуемо: он шел без цели, прокручивая в памяти прошлые годы и заново для себя открывая, какими прекрасными они были. Ну а потом он был вынужден прерваться, остановиться, вернуться в настоящий момент – потому что он услышал звуки.

Собственно, звуки на космической станции были везде: работала вентиляция, отопление, то и дело гудели, проезжая мимо, дроны. Но к такому люди, часто бывавшие в космосе, быстро привыкали и воспринимали этот шум как тишину. Тоже эволюционная особенность: настороженным инстинктам порой нужно игнорировать норму, чтобы вовремя перехватить странность.

Вот и теперь Сабир без труда заметил необычные звуки: не ритмичные, тошнотворные, становившиеся то громче, то тише. Их природу определить сразу не удалось, но мозг немилосердно подкинул ассоциации, которые напрягали: скрежет чего-то острого по металлу, звук разрывающейся плоти, льющаяся на пол вода… или не вода? А еще – эхо голосов, сливающихся в единую мелодию, но все равно выдающих чужой для Сабира язык.

Итальянский. Конечно же.

Сабиру не хотелось туда идти, он слишком хорошо помнил, чем закончилась его предыдущая встреча с Форино. А не пойти он не мог: эти трое скрывались слишком долго, если потерять их след сейчас, можно и не найти. Ему нужно было сначала определить, чем они заняты и в каком они состоянии, а потом уже решать, что делать дальше.