Онлайн книга «Астрофобия»
|
Так что могло сложиться и так, что должность отдали бы заключенному, но нашелся Натаниэль Ри́верти. Сатурио изначально заподозрил, что это будет странный тип, и при первой же встрече убедился в правильности своих догадок. Начать хотя бы с того, что Натаниэль был очень молод – ему не исполнилось и тридцати. В такие годы все те маленькие праздники, которые дарит развитая колония, куда милее, чем в старшем возрасте! А он отказался от них… Причем нельзя сказать, что у него просто не было альтернатив или он нуждался в толчке, запускающем карьеру на небесные высоты. В его личном деле было сказано, что он закончил сельскохозяйственную академию с отличием, такого на любой станции бы приняли! Но вот он здесь. Натаниэль был высоким, не спортивным, просто крупным от природы. Чувствовалось, что упражнениями он пренебрегает, мышцы на теле были развиты не гармонично, а ровно настолько, насколько этого требовала работа на ферме, уже наметился выпирающий живот. В принципе, Натаниэль вообще мог бы не работать, от него требовалось лишь следить за роботами, но ему, похоже, нравилось возиться там, среди животных и грядок. При этом, что еще ироничней, фермер оказался красавцем – с точки зрения той эстетики, которая теперь распространилась по федерации. Правильные черты лица, большие голубые глаза, кудри золотых волос, все то, что так любят рекламщики. Натаниэль, вероятнее всего, осознавал, какая внешность ему досталась: если не сам сообразил, так подсказали уже не раз. Может, потому он и удрал на десятилетнюю миссию? Не похоже, что его привлекала роль модельного фермера, и свою идеальную внешность он старательно поганил: сутулился, волосы стриг абы как, отрастил редкую ассиметричную бороду, которая ему совершенно не шла. При разговоре он постоянно смотрел на собственные ноги и бубнил так, будто за каждое слово ему полагался удар хлыстом. Сначала Сатурио решил, что это типичная реакция на кочевников – многие вот так закрываются! Однако скоро полицейский разобрался, что никакого страха Натаниэль не чувствует, кочевники быстро такое улавливали. Фермеру просто не нравилось, что его оторвали от работы ради такой мелочи, как убийство с особой жестокостью. – Вы с ним общались? – уточнил Сатурио, когда Натаниэль повел его к постройке, в которой жили работники фермы. Этот отсек станции был особенным – похожим на все фермы, но при этом не похожим на другие зоны «Виа Ферраты». Видимо, потому что люди действительно привыкают ко всему, а вот животные и растения готовы принимать новые условия лишь до определенного предела. Стены и потолок в отсеках ферм всегда оформлялись голографическими экранами, на которые транслировались природа и небо Земли в соответствии со временем суток. Там же, среди экранов, крепились специальные лампы, обеспечивавшие растения необходимым светом. За правильный состав воздуха отвечала чувствительная система датчиков и фильтров, не позволявшая ему становиться ни слишком сухим, ни слишком влажным. Сразу у лифта располагались поля, грядки и сады, за ними просматривались серебристые полусферы промышленных теплиц. По одну сторону от единственной дороги находилась территория животных: загоны и два поля с быстрорастущей травой. По другую – постройки, принадлежащие людям: настоящий фермерский дом, глядя на который невозможно поверить, что все это располагается на станции, небо – это стены, а за стенами – безжизненный космос… |