Книга Астрофобия, страница 171 – Влада Ольховская

Второе – он угрожал непосредственно Кети. Он знал о ней самое главное… и мог использовать это против нее! Она не верила, что он оставит ее в покое, если выживет. Шантаж обычно плодит сам себя, и Кети точно не хотелось становиться служанкой какого-то там психа.

Третье – он явно умел пробираться прямо в голову и изменять людей. Ведь именно это случилось с Мирой! Она же была нормальной, она даже заступилась за Кети, пострадала из-за нее… А теперь что же? Она не дала этому подонку умереть, хотя всей станции стало бы лучше! Кети опасалась, что и она сделается такой, если пообщается с Гюрзой слишком долго.

При этом она признавала, что операция, которую он провел на самом себе, была практически невозможной. Кети бы так не смогла – да и мало кто смог бы. Она чувствовала невольное уважение к убийце и злилась на себя за это. Может, так все и у Миры начиналось? Она не обратила внимания на первую симпатию, а потом стало слишком поздно?

От него нужно избавиться, это Кети поняла сразу. Она и не надеялась проследить за тем, где Мира спрячет этот выродка. Но она прекрасно знала, что без медицинского оборудования Гюрза не обойдется, не сможет просто. Поэтому, подготавливая систему жизнеобеспечения, она закрепила там следящее устройство и теперь знала, где искать монстра.

Ей лишь нужно было убедиться, что на сей раз он точно погибнет – а она из-за этого не пострадает. И что Мира не станет ей мстить – мало ли, насколько сильным стало ее сумасшествие! Словом, Кети требовался защитник, и на эту роль подходили только кочевники.

Решиться на визит к ним было непросто, но сомневалась Кети не из-за жалости к пациенту, которого ей навязали силой, а из страха перед кочевниками. Тоже ведь не люди! Не совсем люди… Да и о семье Барреттов болтали всякое. Добровольно Кети не связалась бы с ними, но альтернатив на «Виа Феррате» не было. А потом выяснилось, что Гюрза пострадал в битве с Сатурио Барреттом, который пока застрял в палате реанимации, и никто не мог сказать, выживет ли он. Это окончательно убедило Кети: такой шанс упускать нельзя.

Она все-таки пришла в кабинет Отто Барретта. Он кочевником как раз не был, но Кети боялась его не меньше, если не больше, чем его подопечных. Было в нем что-то… пугающее. Нет, очевидно жутким он не был – среднего роста, плотный, с грубоватыми чертами лица, крупной челюстью, пронзительными темными глазами… В принципе, такими Кети обычно и представляла военных и полицейских. Однако в Отто чувствовалось нечто большее, то, чему невозможно дать четкое название, да и заметить удается не всем.

Вот и теперь он ничего не делал, просто рассматривал Кети, даже вежливо улыбался ей, а она едва справлялась с желанием расплакаться и убежать прочь. Нельзя, это действительно ее последний шанс, нужно идти до конца…

– Я знаю, где скрывается Гюрза, – твердо произнесла Кети. – И я готова сообщить об этом.

Она предполагала, что Отто удивится, может, всплеснет руками, подпрыгнет на ноги… что там делают, когда получают сообщение о своем главном враге?

Однако полицейский не двинулся с места, и ответил он так, как Кети не ожидала:

– Но?

– Что – но? – смутилась она.

– Я знаю эту интонацию, после нее всегда следует «но». Если бы вы пришли просто доложить о Гюрзе, вы бы не добивались личной встречи со мной, скорее всего, ограничились бы виртуальным посланием. Вы чего-то хотите, Кети, и тема эта личная, потому что в целом вы не из вымогателей. Кстати, вы только поэтому до сих пор мирно сидите передо мной.