Книга Она пробуждается, страница 103 – Джек Кетчам

Он пил из чаши.

Лейла

Она почувствовала, как внизу что-то зашевелилось, пытаясь отгородиться от нее, увидела ослепительное пламя.

Его она не боялась.

Так и должно быть, все правильно.

Тем не менее она приготовилась. Собрала все, что удалось похитить из спящей земли, – притяжение Луны, полной в весеннем небе, и жестокую тайну ее темной фазы с россыпью блуждающих теней.

Она призвала всех зверей, которые подчинялись ей. И мертвых, также ей принадлежавших.

Приняла их в свои объятия, пила их кровь.

Они питались ее силой.

Полчища

Они услышали шлепанье ног на тропинке – словно кто-то шел по густой грязи, только вот грязи там не было.

Затем – шелест в кустах около входа в руины.

Внезапно иллюзия безопасности улетучилась, как и надежда, что им удалось скрыться от нее.

Они встали и замерли в ожидании.

Доджсон был полон решимости. Рано или поздно им пришлось бы встретиться лицом к лицу. Он вспомнил, как впервые увидел Лейлу, вальяжную и прекрасную под лучами солнца. И все это показалось ему такой бессмыслицей.

Он крепко сжал в руке камень и уставился на вход.

Шелест затих.

Шлепающие звуки раздавались все ближе.

И, возможно, в какой-то момент еще существовала возможность выскочить через дверь и оттянуть неизбежное. Но никто не двинулся с места. Затем Билли машинально подняла голову, посмотрела на верхушку стены, и все услышали ее крик. Доджсон почувствовал, как она отпрянула в сторону.

Ее страх захлестнул всех остальных, словно пламя пожара.

Они окружили стены с четырех сторон, сидели там, словно миниатюрные горгульи из былых времен, их светящиеся глаза следили за ними.

Их там было несколько дюжин.

В глазах – спокойный терпеливый голод. Их носы дергались, улавливая запах страха, ускоряющегося сердцебиения.

Дэнни поднял камень.

– Не надо, – прошептал Доджсон.

Это только спровоцировало бы атаку кошек. Первый агрессивный жест, первый признак паники. На мгновение они оказались в подвешенном состоянии.

Затем Дэнни опустил камень. Его глаза выглядели одурманенными, затравленными.

Билли почувствовала, что Доджсон взял ее за руку и нежно потянул от того места, где лежал Джордан Чейз, к двери. Она дрожала. У нее перехватило дыхание.

Кошмар раскрылся перед ней, как лепестки темного цветка.

«Она знает меня, – подумала Билли. – Хорошо меня знает».

Они отступали к выходу.

Глаза наблюдали. Бездонные, спокойные, внимательные.

Все происходило медленно, словно во сне, как будто воздух стал густым, как будто они пробирались сквозь ртуть.

Шлепающие звуки за их спинами не стихали и звучали ближе и ближе.

Чейз застонал.

«Только не сейчас, – подумал Доджсон. – Не просыпайтесь. Вы все равно ничего не сможете сделать».

Они шли по мозаике, изображающей бога на леопарде, отдалялись от Чейза.

Доджсон чувствовал, как Чейз притягивает его к себе.

Невидимые нити связывают его со всеми остальными, незримыми узами плоти. Доджсон ощущал мощь громоздкого Дэнни, стремительность и гибкость стройной Мишель рядом с ним, но сильнее всего – мягкую руку Билли в своей руке. Когти так легко могли ее разорвать, ведь однажды они уже сделали это. Он почувствовал, как она напрягается, становится плотнее, словно пытаясь защититься.

Ему почти удалось нащупать пульсацию крови под кожей.

«Простите, Чейз, – подумал он. – Лежите неподвижно».

Выход находился всего в десяти или двенадцати футах.