Книга Она пробуждается, страница 83 – Джек Кетчам

– А сегодня вечером?

– То же самое. Будем держаться вместе. В моей комнате много места, хотя некоторым придется спать на полу.

– Отлично, – сказал Доджсон.

– После ланча вы с Билли и Мишель с Дэнни рассчитаетесь за свои комнаты. – Он повернулся к Эдуардо. – Полагаю, что вы с Ксенией уже собрали вещи.

– Я готов.

Ксения кивнула.

– Хорошо. В таком случае, будем действовать так же. Повсюду ходим вместе. Начиная с этого момента, мы одна семья.

– Ладно, – сказал Эдуардо. – На все это уйдет час, может, два. Чем будем заниматься остальное время? Просто сидеть здесь и пить весь день?

– Почему бы и нет? – спросил Дэнни.

– В какой-то момент я могу просто упасть.

– Пейте умеренно, – сказал Чейз. – Закажите «Нескафе». Или что-нибудь еще. Но сейчас мне нравится толпа вокруг. Очень нравится.

– И мне, – сказала Билли.

– Давайте посидим здесь, пока дождь не утихнет, – предложил Доджсон. – Потом начнем собирать вещи и переносить их к вам. Но у меня один вопрос.

– Какой?

– Что, если завтра все повторится? Что, если мы не сможем уехать с острова?

– Не знаю. Но если это случится, мы что-нибудь сообразим.

Все задумались, и на мгновение стало тихо. Затем Дэнни поднял свой бокал.

– За хорошую компанию, – сказал он и осушил его одним залпом.

Рай

Первыми они забрали двух туристов, живущих в палатках. Молодые люди ловили рыбу себе на завтрак и сначала не заметили приближающиеся к ним через туман фигуры, а когда обернулись, то, словно в ночном кошмаре, увидели заостренную палку, торчащую из шеи юноши-подростка, внутренности, вываливающиеся из живота грека, обгоревшее до черноты лицо худой молодой женщины в лохмотьях. И уже через секунду огромный мужчина с открытой гноящейся раной на плече вонзил пальцы сквозь глаза и рот ближайшего парня и швырнул его в пенящееся море. При падении тот сломал себе шею. Остальные, открыв голодные рты, устремились к его другу.

Огромный мужчина наблюдал за расправой.

А после – за тем, как убитые медленно восстают.

До этого момента их было шестеро. Теперь стало восемь.

Они бродили в утреннем тумане и под дождем, который пошел днем, рассредоточились по берегу, поднимались к скалам и возвращались обратно к пляжу, заходили в море, рассредотачивались и снова собирались вместе, постепенно приближались к городу.

Следующими стали брат и сестра, близнецы. Красивые светловолосые восемнадцатилетние немцы. К тому времени пошел дождь, но он лишь слегка накрапывал. Они натянули веревку между двух деревьев, чтобы дождевая вода ополоснула их одежду. Парень был совсем голым. Все, кроме его носков, уже висело на веревке. На девушке была белая хлопковая рубашка. Она вешала носки брата, когда веревка упала на землю, и еще одна девушка, не старше немки, свалила ее на песок и впилась в нее ногтями.

Ее брат пытался сбежать. Но они подошли уже слишком близко. Пугающе близко, чтобы дотянуться своими бледными руками. Он бросился сначала в одну сторону, затем в другую, потом упал на колени и заплакал.

Он видел, как убивают его сестру, а после принялись за него.

Старый рыбак-грек сидел в лодке, стоявшей на якоре в двадцати футах от берега. Он проверял ловушки, которые, к несчастью для него, оказались не пустыми. Старик так увлекся, доставая улов, что не заметил, как близнецы подошли к нему по воде, перевернули лодку, а потом под ней накинулись на него. Последнее, что рыбак увидел, были три линяющих краба, которых он не успел извлечь. Один оказался достаточно крупным.