Книга Кто не спрятался…, страница 65 – Джек Кетчам

И вот он, этот проем, словно вход в преисподнюю.

Конечно, Кейси где-то там. Ей же нипочем запах, темень, вся эта нездоровая атмосфера. Чем вещь ужаснее, тем она лучше. Дура,подумал я в отчаянии, просто законченная идиотка.

Водя зажигалкой туда-сюда, я осмотрел отверстие. Оно выходило в самый настоящий тоннель, прорезанный в фундаменте. Часы были наклонены под таким углом, что, стоя, они и высокая стопка газет частично скрывали от посторонних глаз проход. В стороне валялось старое металлическое ведро. Может, именно его опрокинула Кейси, когда я наверху заслышал тот лязг? Отпихнув ногой газеты, я глянул в дыру, напрягая глаза. С одной стороны проема выросла куча щебня — как если бы долбили не с этойстороны, а рыли тоннель откуда-то изнутри.Дальше он углублялся прямо в скалу на несколько футов, а затем поворачивал за угол, так что остальная его часть была слепой зоной, а глубину не выходило адекватно оценить.

Лезть туда мне совсем не хотелось.

Инстинкт нашептывал мне, что где-то там, в этом подземелье, много всякой мертвечины… но и что-то живое там тоже водится. Да, из него пахло разложением, но кто бы там ни был живой — это не только Кейси. Я не знал, как объяснить себе такую уверенность. Она просто была.

Зажигалка погасла. Я поспешно крутанул колесико, высек еще огонек.

— Кейси?

Сделав глубокий вдох и задержав его в груди, я осторожно забрался в дыру. Зажигалка то и дело гасла — здесь сквозило сильнее, чем где-либо в доме. Сквозняк густо пах морем. Скалы над и подо мной сочились влагой, у меня же в горле мигом пересохло.

Зеленая почтальонская сумка Кейси лежала у самых моих ног.

Я потянулся за ней, вцепившись в грубую ткань — хоть что-то относительно чистое среди всей этой мерзости, — и потянул на себя. Внутри что-то заскрежетало. Сунув руку внутрь, я извлек давешнюю пару фонариков в жестяных корпусах.

Наконец-то зажигалка со своим слабым неверным светом перестала быть нужна. Включив один фонарик, я направил его луч в тоннель.

Третий фонарик валялся в пяти футах от меня, брошенный.

Впереди я не видел больше ничего, кроме обливавшихся морским потом скал. В двадцати футах от меня начинался новый «слепой» поворот. Я вслушался.

Там было что-то живое. Что-то живое на ветру, за пределами досягаемости моего электрического света.

Я слышал, как оно двигается, и знал, что оно тоже слышит меня.

Что бы это ни было, оно, как мне показалось, было вполне готово напасть на меня. Напасть и убить. Одним своим присутствием оно приказывало мне не делать резких движений и не кричать. Повеление это считывалось на каком-то базовом, животном уровне, где человек — либо жертва, либо охотник, где еще считывались уроки первобытных саванн и джунглей. Онождало меня сразу за углом — лишенное имени нечто, чей образ мыслей кардинально отличался от моего собственного, — и оценивало.

И я поступил так, как велел мне инстинкт, — тем, похоже, и спасшись. Я погасил свет и принялся ждать. Воздух тяготился запахом смерти. Моей, Кейси или этого существа впереди. В ближайшие секунды мы, возможно, схлестнемся — тогда вопрос и разрешится.

Я ждал. И долгое время я вообще не двигался. Я старался дышать ровно, тихо, спокойно. И все же я чувствовал, как оно оценивает меня, пробуя воздух на вкус. Я пытался загнать страх поглубже — туда, где меня защитят удалые сомнения в том, стоит ли вообще перед чем-то робеть, когда ты молод и зол. Секунды текли медленно, ленно.