Книга Звездный плащ Казановы, страница 37 – Артур Гедеон

1

Он шел за ней битый час. То плелся в хвосте от самой консерватории с Театральной площади, то переходил на другой берег канала Грибоедова и смотрел со стороны. Кристофер Варшавски неукоснительно шел в ту же сторону, куда шла она, не упуская девушку из виду, и непроизвольно улыбался. Она была неутомима, как и ее друзья! Они только что дали благотворительный концерт для детишек и теперь никак не могли расстаться. Смеялись, цепляли друг друга, иногда догоняли. Кто-то мог получить футляром скрипки под зад, что особенно смешило Кристофера. Молодость! Она шла со своей компанией, они, ребята и девчонки, вооруженные до зубов музыкальными инструментами, иногда делали крюк, забредали в парки и устраивали летучую гастроль. Пили пиво, играли джаз. У них был один заводной паренек с банджо, он выводил такие звонкие трели, что внутри слушателей начинали прыгать невидимые пружины, независимо от их желания, еще поди угомони их; или играли пронзительную классическую музыку. Но что бы ни исполняли они, к ним немедленно ручейками стекался народ, а потом если они задерживались и входили в раж, то вокруг теснилась толпа. В две потасканные шляпы, скрипача и флейтистки, летели деньги. Она же, солистка, иногда пела, к его удивлению, джаз, чего он никак не ожидал от нее, или популярные эстрадные мелодии в стиле ретро. Все они, эти ребята, были гениальны в своем роде, все догадывались об этом, хватало чутья, но пока еще не знали цены своему таланту, поэтому и отдавали себя так просто и легко, за гроши, но в первую очередь за любовь. А этой любовью их просто окатывали с головы до ног, аплодируя, умоляя сыграть еще, попадая в плен их таланта.

Как он хотел, чтобы она исполнила Нимфу, но, видно, эта партия была для нее своего рода откровением, как и для него, и этим волшебством она не делилась на улицах. Тут нужно было переживать так, что сердце могло разорваться. Занимаясь слежкой, шагая за ней, он даже как-то подошел к ним и встал за чьей-то спиной. Они играли Гершвина. Анастасия пела сольную партию. Кристофер даже перехватил ее взгляд, и какая же горячая волна пролетела по его телу, и она остановила свой взгляд на нем, интуитивно понимая, что этот ее слушатель не случайный. Но он тепло улыбнулся ей – и она ответила ему тем же.

Но потом даже они, неутомимые менестрели, несмотря на свою молодость, стали уставать и понемногу разбредаться. Кто куда. То один музыкант уходил из их компании, то другой. А потом, теплым летним вечером, она шла домой одна. И вот у Банковского моста с позолоченными грифонами ее окликнули:

– Девушка, не вы потеряли платок?

Она обернулась, и ее белые волосы невинно захлестнули лицо. В синих глазах отразилось удивление. На нее смотрел крутой мэн, какие бывают только в кино, и держал в руках удивительный кружевной платок. Такой выделки, с такими наворотами, да еще с инициалами в уголке, что не у каждой великосветской дамы подобный можно обнаружить.

– Вы где его сперли? – посмотрев на уникальную вещь, напрямую спросила она. – В каком музее?

Он не удержался – рассмеялся от души:

– А вы остры на язык.

– Нет, правда, это ж музейная ценность, – кивнула она. – Сейчас я его возьму, полиция засвистит, и меня обвинят в ограблении исторического музея. Правда?