Книга Капкан чувств для миллиардера, страница 103 – Марта Заозерная

Не сразу понимаю: по щекам Эм текут слезы. Малышка расстроилась. Подаюсь вперед и с пола её подхватываю. Пушинка. Мгновенье — и уже на руках.

— Прости меня, пожалуйста. Я все испортила, — шепчет она, всхлипывая мне в шею.

— Ты самое лучшее, что у меня в жизни есть, — прижимаю её за голову к себе и губами касаюсь волос.

Так и есть. Самое лучшее. Самое чистое. Не хотелось бы её собой замарать.

Художественная гимнастика — самый красивый вид спорта и один из самых жестоких. Если не самый.

Маленьких девочек приводят подровнять ножки, поправить осанку, научить чувствовать музыку и грациозно двигаться под неё. Легкость и непринужденность каждого жеста развить.

Что же на деле происходит? Они попадают в самую настоящую душедробилку.

Закаляют свой характер в тяжелейших условиях или ломаются. Поверьте, не каждая девочка способна выдержать ежедневное планомерное моральное угнетение.

Сейчас гимнастика стала медийным видом спорта. В сети полно информации, интервью, документальных фильмов. Смотрели? Если да, думаю были удивлены. Если нет, у вас всё впереди.

Несмотря на сумасшедшее психологическое давление, самый главный из полученных навыков — безоговорочное чувство собственного достоинства. Парадокс: ежедневное преодоление себя через моральный прессинг его тренирует первоклассно. Это как с глиной. Она тоже после обжига изменяет свои физические свойства, крепче становится, устойчивее. Происходит процесс стабилизации.

Если бы не сверхнагрузки и заломы в прошлом, сейчас бы я навряд ли так легко перешагнула через происходящее.

Не чувствую себя грязнее, хуже или никчемнее после случившегося. Я точно такая же, как и была «до». Внешне так точно.

Что происходит внутри? Я до конца понять не могу. Как и Тимура не понимаю…

Если сперва мне казалось, что он отстраненностью себя наказывает, то сейчас вовсе запуталась. Что-то в нём изменилось. Мы отдаляемся. Я делаю шаг навстречу, он отстраняется. Не уверена, что выдержу долго так.

Прикрываю глаза.

Совсем не о том мои мысли. Ругаю беззвучно себя. Никуда не годится.

Чувства всегда так? Другой человек, мысли о нём, навсегда в голове поселяются?

— Одиллия, очнись! — почти что кричит мне на ухо Оля, хватая за плечи, трясет.

Аналогия с персонажем «Лебединого озера» в голове Оли родилась не случайно. Во-первых, я темненькая. Максимально возможно. Во-вторых, я ей рассказывала о своей юности. Когда мы приезжали в новые города, девочек всегда возили на экскурсии. Хотя бы короткие. Я же… Угадаете? Правильно! Оставалась в зале сделать пару прогонов.

Исключением были города, в которых кипела театральная жизнь.

Венская государственная опера. Парижская опера. Мариинскийтеатр. Новосибирский государственный академический театр оперы и балета.

В общем слаба я на… театры. Факт из разряда «мало кто знает».

— Свожу тебя в Мариинку… Если вести себя хорошо будешь, красавица, — последнее слова Оля произносит с жутчайшим акцентом.

Мы с ней и Петей вчера прилетели в Питер. Не знаю как они, но меня дрожь пробивает. Студенты МФТИ не выигрывали чемпионат мира по программированию. Были третьими, входили в пятерку. Выигрышей нет. Ответственность жуткая.

— От тебя корвалолом несет? — Оля ладошкой воздух к носику своему подгоняет. Засранка.

— Это тебя несет в пучину болтовни не по делу, — рожицу строю, имитируя оскал. — Мне молчаливая версия тебя нравится больше.