Книга Капкан чувств для миллиардера, страница 55 – Марта Заозерная

После слов Амины становится понятно, откуда проблемы с почками взялись.

Склонив голову на бок, Эмма плечами пожимает, бровки свои приподняв выразительно.

— Если бы от меня что-то зависело, я бы на олимпийские игры или чемпионат мира вышла с ногой поломанной. Сама бы её себе сломала, если бы это гарантировало мне попадание. Я очень, очень сильно горела желанием поучаствовать на всех соревнованиях сезона. Показать, чему я смогла научиться. Любое Гран-при, этап Кубка мира для меня был мечтой. — Ностальгия Эммы очень теплая, искренняя, она с теплотой вспоминает, ею нас окутывая.

— Эмма — талант выдающийся. Девочка без костей. И гибкость, и пластика, всё на невероятном уровне было, — Амина не на шутку расходится, стараясь расхвалить и без того смущенного ребенка сильнее.

— Гибкая стопа — это единственное, с чем мне повезло. Остальное приобретённое. Были девочки, которые лились, струились словно водичка. Я на них смотрела и думала: ну как же им повезло! Лет до десяти моистопы только вред приносили. Когда я домой приезжала и у нас были гости, мама давала мне тарелки с едой и просила их из кухни в гостиную отнести. Я, как и все лентяи, набирала побольше всего в руки и шла. Двери открыть заранее не догадывалась, поэтому приходилось ногами. Каждый раз заканчивалось это мытьем дверных ручек.

Оставшуюся часть вечера Эмма проводит со мной. Не отпускаю её от себя. Воробушек ведет себя тихо, сдержанно улыбается всем тем козлам, что стараются взглядом её обглодать.

Всю дорогу до гостиницы мы с Эммой держимся за руки. Единственная близость в моей жизни, которая не напрягает.

Думаю о том, что я сам, оказавшись в схожей с Эммой ситуации, когда нужно было сделать выбор, поступил противоположным образом. Когда жена не захотела ездить со мной по гарнизонам, после военного училища я уехал без неё, оставив молодую девчонку с двумя детьми, точнее с одним сначала.

Ступаю на порог номера и словно удар в затылок чем-то тяжёлым ловлю. Эмма проходит мимо, аромат фиалок дурманит.

Взять в руки себя не выходит.

Подаюсь вперед и обхватываю её за запястья, тяну на себя. Провожу носом по её подбородку. Малышка дыхание задерживает. Дотрагиваюсь губами до её ушка.

— Крышу от тебя сносит, — шепчу негромко.

Эмма тянется ко мне, приподнимаясь на пальчиках. Останавливается моих губ…

Эмма

Сделать вдох становится тяжело. Зажмуриваюсь, после резко вскидываю голову.

— Я не заслужила того, чтобы мне рассказать?

— Эмма, ты же понимаешь, что всё было не так. Мы просто не захотели на тебя и это взваливать, — произносит бабушка. — Ты и так ни копейки денег у нас не берёшь из тех, которые мы получаем, сдавая в аренду квартиру твоих родителей.

Нет. Такого оправдания мне недостаточно.

— Сколько стоит операция, и когда смогут её провести?

Эвина, моя тётя, протяжно вздыхает, а бабушка отворачивается. Вот и поговорили. Чудесно.

Малышка заглядывает к нам в комнату:

— Когда мы будем есть торт, который Эмма привезла?

— Котик, иди щелкни чайник и ещё пару минут посмотри мультики. Скоро приду, и мы его разрежем, договорились?

Ая дует губки, глядя на меня, но всё же уходит.

В комнате воцаряется гнетущая тишина, которая меня убивает. Я не готова ещё кого-то из своих родных терять. Никого. Родителей было более чем достаточно.