Книга Королева Всего, страница 111 – Валентина Зайцева

Я тихо подошла к ним обоим и осторожно опустилась на колени с другой стороны от неподвижного Сайласа.

— Ты сказала, что окончательный выбор всё равно останется за ним?

— Разумеется, дорогая, — глаза Балтор до этого были плотно закрыты, но теперь она открыла их и ненадолго перевела спокойный взгляд на меня. — Какой вообще смысл в свободной воле, если ты сознательно не можешь выбрать, чтобы добровольно отдать её кому-то?

Эти простые слова ударили неожиданно больно. Я невольно поморщилась и поспешно отвела взглядв сторону. Мне совершенно нечего было возразить на это. Балтор явно всё прекрасно поняла, будь то из моей собственной головы, из головы лежащего Сайласа или, чего доброго, даже из головы самого всемогущего Короля Всего. Я понятия не имела, где именно Королева Судьбы узнала о том страшном, что должно было вскоре со мной произойти, и не думала, что это теперь имело хоть какое-то значение.

Изо всех сил стараясь уклониться от неприятной темы, я быстро сменила направление разговора.

— Постарайся, пожалуйста, ничего не сломать окончательно у него в голове, пока копаешься там. А то Элисара потом будет в настоящей ярости на всех нас.

— Откуда она вообще узнает об этом? — весело поддразнил нас Торнеус. — Он и так изначально был странноватым, насколько я помню.

Каел где-то в углу тихо усмехнулся, явно соглашаясь.

— Тебе бы вообще помалкивать, доктор, — я многозначительно ухмыльнулась Торнеусу.

— Ох, цыц, замолчите все вы немедленно, — строго отчитала нас Балтор. — Как вам только не стыдно? Приставать к беззащитному человеку, когда он совершенно беспомощен и не может ответить. Не волнуйтесь за него, я отлично знаю, что именно делаю. А теперь заткнётесь ли вы наконец все разом и дадите мне спокойно работать?

Мы покорно и мгновенно замолчали, почувствовав себя пристыжёнными детьми. Я медленно протянула руку, осторожно взяла холодную ладонь Сайласа и крепко сжала её в своей. Я прекрасно знала, что это совершенно бессмысленно, и жест этот, вероятно, ровным счётом ничего не значил для него, но мне было абсолютно всё равно. Он был моим настоящим другом, так или иначе, несмотря ни на что.

Мы все долго сидели в абсолютной тишине, нарушаемой лишь тихим дыханием. Наконец Балтор медленно и осторожно оторвала свои напряжённые руки от бледного лица Жреца.

Сайлас судорожно, хрипло вздохнул, словно выныривая из ледяной воды. Его широко распахнувшиеся глаза были полны ужаса. По искажённому лицу стремительно пробежала глубокая тень животного страха, и он отчаянно забился, судорожно пытаясь найти хоть какую-то опору в окружающем мире. Мне пришлось поспешно отпустить его похолодевшую руку, когда мы с Балтор инстинктивно отпрянули назад от его неожиданной бурной реакции.

Он с трудом, очень медленно сел и растерянно огляделся, изучая каждого из нас. Его обычно совершенно бесстрастные, холодные черты неожиданноотражали целые десятки противоречивых эмоций одновременно. Страх, полное замешательство, яростный гнев, горечь предательства, неожиданная радость, глубокая печаль… Всё это калейдоскопом промелькнуло на его измученном лице, пока он наконец не взял себя в железные руки и не загнал все чувства обратно под тот тяжёлый камень, где обычно их надёжно хранил.

Наконец он заговорил, и его голос был хрипловат.