Книга Королева Всего, страница 152 – Валентина Зайцева

— Странность — это совершенно нормально. Со временем странное обязательно станет обычным. — Я подняла руку и медленно провела ладонью по его шее, вцепилась пальцами в густые волосы, поскребла ногтями кожу под ними. Он с явным наслаждением крякнул и прильнул к моему прикосновению. Я надеялась, что он никогда не перестанет так реагировать на мои ласки. Я надеялась, что из всего на свете именно это для него никогда не станет привычным и обыденным.

— Посмотрим, что будет дальше. — Он немного помолчал, подбирая слова. — Но я думаю… хотя я ненавидел его всем своим существом, мы были как Зевс и Аид, как Каин и Авель, Осирис и Сет. Я скорблю о нём не потому, что он был мне просто знаком долгие годы. Пусть он и был приёмным в действительности… я скорблю, потому что потерял брата. Единственного брата.

— Тогда я прощаю тебя за всё.

Мы не заметили, как незаметно подошла Агна. Девушка стояла в паре шагов от нас, и её кожаная маска ловила яркие отсветы пламени.

— Мои слова предназначались не тебе, Агна. — В голосе Самира вновь зазвучала привычная защитная холодность. Вся его уязвимость, проявленная секунду назад, мгновенно исчезла, словно её и не было, броня взметнулась, едва рядом появился кто-то другой.

— Знаю об этом. Поэтому они и имеют настоящее значение. — Агна решительно подошла ближе и посмотрела на высокую статуюКаела у подножия лестницы. — Поэтому я не стану держать на тебя зла, Самир. Мы все здесь собрались, чтобы почтить память о нём. Чтобы скучать по нему всем сердцем. А не чтобы искать виноватых или начинать новые войны.

Когда Самир не ответил ей, я ткнула его острым локтем в ребро. Он недовольно крякнул и тяжело вздохнул.

— Спасибо тебе, Агна. Ценю это.

— Не за что вовсе! А теперь извините. Я ещё слишком трезва для таких разговоров. Пойду как следует напьюсь. Веселитесь, вы, влюблённые. — Она весело хихикнула и убежала прочь.

Как только она скрылась из виду, Самир недовольно проворчал:

— Она мне совершенно не нравится.

Я рассмеялась и повернулась в его крепких объятиях, чтобы посмотреть на него снизу вверх.

— Она милая девушка, по-моему. Что в ней не так?

— Она… слишком бойкая и энергичная.

Снова рассмеявшись, я прижалась головой к его груди и обняла ещё крепче. Вот он, тот человек, которого я знала и понимала. Тот самый чернокнижник, которого я люблю всем сердцем. Я была просто рада, что он вернулся ко мне сегодня. Рада знакомому запаху старых книг и выдержанной кожи, что всегда витал вокруг него. Рада приятному ощущению слоёв чёрной ткани у щеки. Рада прикосновению холодной металлической руки к пояснице.

— Самир?

— Да, моя стрекоза?

— Я люблю тебя. Очень сильно.

— И я тебя, моя стрекоза. До тех самых пор, пока звёзды не обратятся в пыль на небесах.

Я улыбнулась этим словам. Иногда он был таким трогательно мелодраматичным.

— Думаю, он был бы за тебя рад, знаешь ли. Что ты наконец-то нашёл кого-то близкого.

— Возможно, ты права в этом.

— В Нижнемирье есть загробная жизнь?

— Понятия не имею, честно говоря.

— Как думаешь, где он сейчас на самом деле?

— Если он вообще где-то «есть», а не просто вернулся в холодную пустоту навсегда? — Самир сделал долгий выдох и посмотрел поверх моей головы на бушующее пламя. — Там, где он может наконец спокойно опустить свой меч. Его долгое попечительство окончено раз и навсегда. Так или иначе, он так ужасно устал от всего этого. Его время как щита Нижнемирья закончилось. Он обрёл заслуженный покой, и только это по-настоящему имеет значение теперь.