Книга Королева Всего, страница 54 – Валентина Зайцева

Он рассмеялся. Смех был тёплым и приятным. Звук, который я слышала от него лишь несколько раз — искренний смех. Ему явно очень понравилось, что я угадала его жест.
— Я тебя уже неплохо изучила, колдун.
— Ты знаешь меня лучше, чем кто-либо прежде. И учитывая огромную пропасть между нашими возрастами, это замечательно. — Он вернулся к своему игриво-строгому тону. — А теперь перестань тянуть свою руку назад, будто я собираюсь сорвать с тебя кожу.
— Это будет не в первый раз, — я оскалилась.
— И, я полагаю, не в последний, — повторил он свою фразу. — Но, увы, сейчас не тот случай.

Я вздохнула и попыталась расслабиться. Спустя долгий момент мне удалось заставить мышцы отпустить напряжение.
— Вот так, — он усмехнулся. — Ну, что, было так сложно?
— Вроде как.
— Полно тебе. А теперь… — Он сделал паузу и мягко подал меня назад. Я инстинктивно сделала шаг в такт ему. — Вот так. Раз, два, три, — отсчитывал он, двигаясь. Я старалась не коченеть. Изо всех сил пыталась довериться ему. Это всего лишь танец. Просто вальс. Я доверяла ему в куда более безумных ситуациях.

Минуту он осторожно водил меня по залу простейшими, детскими шагами, а затем удлинил шаг. Я пискнула, но изо всех сил старалась следовать за ним.
— Не бойся, — сказал он с лёгким смешком. — У тебя прекрасно получается.

Не бойся. У тебя прекрасно получается, — пронеслось у меня в голове эхом. Вот что он пытался мне сказать.Следуй за мной. Доверься мне. Не бойся. Вот зачем он танцевал со мной.
— Я не знаю, что делаю.
— Тебе и не нужно знать. Я знаю, куда мы идём.
— И куда же?

Мой вопрос дал ему понять, что я раскусила его игру. Он тихо промычал, но не сбился, продолжая вести нас в медленном вальсе.
— До конца нашего танца, разумеется.

Я отстранилась от него и остановилась. Он сделал то же самое, в шаге от меня, наблюдая.
— Нет, — сказала я твёрдо.
— Что значит «нет»?
— Это не конец.

Он вздохнул.
— Всё имеет конец. Особенното, что столь прекрасно, долго длиться не может. Это танец. Великолепное выражение того, как две души соединяются, чтобы создать искусство. Он не может продолжаться вечно. Музыканты должны смолкнуть, а партнёры — разойтись.
— Самир, нет… Я не позволю.
— Не позволишь чему?
— Я не позволю, чтобы это закончилось. Не так.

Он шагнул ко мне и нежно провёл ладонями по моим волосам, прежде чем взять моё лицо в свои руки. Одна — металлическая, другая — из плоти. Одна тёплая, другая холодная.
— Боюсь, ты не властна над этим. Всё уже вышло из-под твоего контроля. Скоро я умру, и ты обретёшь свободу. Туда, куда я отправлюсь, я не позволю тебе следовать.
— Пожалуйста… — Я потянулась к нему, но едва ухватилась за его лацкан, как он стал выскальзывать из моих рук. — Нет, Самир…
— Прости меня. Но знай, любовь моя — я могу умереть спокойно. Я уйду и сделаю это с улыбкой, ибо ты станешь королевой, которой должна быть. Я смогу уйти в небытие счастливым, зная, что в этот единственный миг мы танцевали.

Он таял. Ускользал из сна, словно призрак. Я бросилась к нему, пытаясь ухватиться, прежде чем он исчезнет окончательно. Но было слишком поздно. Его не стало.

— Самир!

Нина

Проснувшись, я поняла, что лежу на простынях, пропитанных кровью. На долю секунды меня охватил леденящий ужас — я подумала, что это моя кровь. То, что произошло между мной и Римасом прошлой ночью, было не от мира сего, было невероятно интенсивно — но уж точно не до такой степени. Мне пришлось ощупать себя с ног до головы, чтобы убедиться, что все конечности на месте, а на теле нет открытых ран. Но ничего не болело. Все части тела были на месте. Всё было так, как должно быть. Я вскочила с кровати так резко, что едва не потеряла равновесие. Я мгновенно призвала на себя одежду — на случай, если придется выбегать в коридор с криком. В такой ситуации лучше не оставаться обнажённой.