Книга Ледяная принцесса, страница 68 – Дина Сдобберг, Кира Вайнир

— Какой ещё Истинной, Тар? — рассмеялась принцесса. — Твоя, как ты говоришь, Истинная прокляла тебя неснимаемым проклятьем на любовь к себе, обернуть которое можно, только если убить проклявшую в первые семь дней от произнесения проклятья. Да ещё и приворот, который ты получил ещё здесь, во дворце, ослабил твою защиту.

— Это так, но приворот и проклятье лишь ускорили пробуждение связи Истинных. — И вот ведь тарелка стояла прямо перед ним, но лорд Тарьер предпочёл говорить.

— Да? Тогда почему эта связь до сих пор не подтверждена? Более того, пламя страсти, то есть сила, вырвавшаяся из-под контроля от близости истинной, обжигает, только когда оно не разделено. Не взаимно, Тар. Ты говоришь о пробуждении связи, раструбил по всей империи, что нашёл свою пару, но твоей матери приходится врываться в твои покои и спасать девушку, и так получившую сильные ожоги из-за твоего, и только твоего, желания. Где она сейчас? Сбежала, попросив забрать у неё твоё родовое кольцо и оставить её в покое. От истинных невозможно уйти добровольно. А она ушла. И она боится тебя. Не похоже на пробудившуюся связь. — В который раз подтвердила свою славу опасного врага принцесса.

А Саргал за всем этим наблюдал с видом довольного кота. Принцессу не одергивал, обращался вежливо,только грозно зыркал на иной раз забывавшихся придворных.

— Вам не кажется, что вы слишком много позволяете Её Высочеству? — процедил сквозь сжатые зубы император.

Почему-то отпускать принцессу в степь он резко перехотел.

— Нет, мне не кажется. Резвиться девочка. Ну, так характер такой. Говорят, что это у неё наследственное. — Улыбался орк императору, оставлять принцессу и идти на поводу у императора он явно не собирался.

Для него принцесса не переставала быть рычагом давления на империю. А сейчас, такая жена повышала и его собственный статус, как вождя.

Её Высочество не просто украденная в империи или близлежащих королевствах женщина, которую назвали женой по обычаям орков. Тут и Саргал принял её руку по законам империи, и принцесса проявила уважение к его народу. И одно дело привезти домой ту, от которой хотел избавиться собственный отец, чтобы не позорила. А другое, добыть себе жену, которую сильный сосед на самом деле отдавать не собирался. А разговоры императора, что, мол, дочери не обязательно отказываться от привычной обстановки, орки восприняли именно так.

Что удивительно, но позицию Терриэль, что отец планировал, а я привыкала к мысли о браке с кузеном, орки восприняли с пониманием. Долг перед семьёй, родом, подчинение воли родителя вызвали живой отклик у воинов степи. Что же поделать, если лорд Тарьер встретил свою пару? Тут никто не спорит.

Но слова Терриэль посеяли серьёзные сомнения в отношении к обретению лорда Тарьера. Вот совсем не вовремя он влез! Так что и тут орки объяснили, что видно их принцесса пыталась мозги на место несостоявшемуся жениху поставить.

Когда до императора донесли, что орки его дочь зовут "наша принцесса", настроение у него резко ухудшилось. А весь двор загудел как осиный улей. Версии одна удивительней другой придумывалась аристократами на ходу, но все уверенно утверждали, что всегда знали, что никаких чувств у её высочества к кузену нет и в помине. А сама принцесса давно интересовалась степью, и просто подвела отца к принятию именно этого решения. Причём, знали об этом все тоже уже очень давно.